За убийство 2-летней девочки в Слуцке прокурор запросил для обвиняемого 26 лет колонии
В суде Слуцкого района 12 декабря продолжили слушать дело об убийстве 2-летней девочки. Напомним, маленькую Марину до смерти забили дома - врачи «скорой», которых вызвала мама, Екатерина Жаврид, не смогли спасти ребенка, девочка умерла 29 января. Все тело Марины было в синяках, малышку ударили больше 198 раз, 26 раз - в голову. По версии следствия, это сделал 26-летний Максим Чижик, сожитель мамы детей.
Чижика обвиняют в убийстве и покушении на убийство двух детей. На теле 5-летнего Леши, брата Марины, тоже нашли синяки, ребенка ударили около 50 раз. Всего у Екатерины Жаврид было пятеро детей. Женщину обвиняют в том, что оставила детей в опасности, не вызвала помощь. В отличие от Максима Чижика, Екатерина на свободе - она под подпиской о невыезде. Детей у нее забрали: 7-летний Максим, 6-летняя Эльвира, 5-летний Леша и 3-летняя Ира живут в детской деревне. Екатерину лишили родительских прав.
Больше двух месяцев в суде был перерыв - проводилась проверка показаний обвиняемого Чижика о том, что на него оказывали давление сотрудники милиции. Но состава преступления в действиях сотрудников УВД не нашли.
В суд вызвали еще двух свидетелей. Врач-педиатр детской поликлиники Ирина Левсевич посещала семью до января 2017-го - за год до трагических событий.
- В их доме давно не было ремонта. Не всегда было чисто, прибрано. Мебель ветхая, довольно изношенная, запах такой специфический, какой бывает в жилье, где редко прибирают. Продукты были, дети не голодали, - рассказывает специалист. По ее словам, мама прислушивалась к замечаниям - купила двухъярусную кровать, пыталась делать косметический ремонт. Никаких синяков и травм на теле детей врач не видела.
Участковая медсестра Илона Бондарчук познакомилась с Екатериной, когда у той было еще два ребенка. Медсестра тоже часто посещала детей дома.
- Санитарные условия оставляли желать лучшего. Но еда у детей всегда была. Одежда по сезону была - может, не совсем чистая, за кем-то доношенная, но была. Последний раз мы посещали их в декабре 2017-го. Обстановка была плюс-минус такая же.
«По словам детей, их бил биологический папа, мама, дядя Максим, дед и бабушка»
Во время выступления прокурора Максим Чижик сидит, опустив голову и закрыв лицо руками. Гособвинитель говорит, что мужчина бил беспомощных детей по незначительному поводу, из-за того что те плакали. А Екатерина не защитила их, не обратилась за помощью, хотя видела, что у малышей есть синяки.
Во время предварительного следствия Чижик однозначно говорил следователю, что Марина умерла, потому что он ее бил. А бил, потому что «достала она ныть». 5-летнего Лешу Максим Чижик однажды заставил приседать, потому что он сбросил со стула Марину. Когда Леша сказал, что больше не может приседать, Чижик несколько раз его ударил - мальчик упал.
В суде мужчина от этих показаний отказался - гособвинитель считает, что таким образом Чижик хочет себя защитить. На одежде Максима Чижика нашли кровь Алексея и Марины.
- Вина Чижика полностью доказана. Считаю, что исправление и перевоспитание Чижика возможно лишь в условиях изоляции от общества, - говорит гособвинитель. - Прошу назначить ему 26 лет в колонии усиленного режима.
После этих слов обвиняемый покраснел, заерзал на скамейке, со злостью пнул ногой клетку и закрыл лицо руками.
Екатерине Жаврид прокурор запросила наказание в виде ограничения свободы на два года в исправительном учреждении открытого типа.
Адвокат Максима Чижика согласился с тем, что методы воспитания, которые были приняты в семье - физическое насилие, - это не нормально.
- Сейчас дети, к счастью, ограждены от матери, и они не будут страдать от таких наказаний. Но эти методы были приняты задолго до появления Чижика в этой семье.
Защитник считает, что органы следствия предвзято отнеслись к его подзащитному, следствие было проведено однобоко.
- Я прошу прощения, но козлом отпущения сделали моего подзащитного. Он не причинял такого количества повреждений Алексею, как указано в обвинении. Тем более он невиновен в гибели Марины. Анализируя показания детей, которые были опрошены педагогом-психологом, следует, что воспитанием в этой семье занимались все: детей бил биологический папа, мама, дядя Максим, дед и баба. Так кто же виновен в итоге? Это главный вопрос, который так и остался неразрешенным. Говорить о том, что это совершил Чижик и никто другой, нельзя. По моему мнению, должен быть вынесен оправдательный приговор в связи с недоказанностью.
Защитник Екатерины Жаврид привела характеристики своей подзащитной с работы.
- Никто не сказала, что она была плохой матерью. Дети тоже пояснили, что «мама их жалела». Смерть дочери не прошла для нее бесследно - для нее это большая, невосполнимая потеря. Если бы время можно было повернуть вспять... Интересы детей были бы для нее первоочередными. Моя подзащитная не оспаривала того, что дети были в опасности. Но она боялась куда-то сообщить об этом - предполагала, что к ним придут социальные службы и заберут детей.
«Уже можно было расстрел запросить, да и все»
С последним словом выступили обвиняемые. Первой к суду обращается мама убитой девочки.
- Я признаю свою вину. Да, виновата. Но прошу меня не наказывать строго. Да, это моя ошибка - не вызвала «скорую», недосмотрела, - глухо, еле слышно говорит Екатерина.
По голосу Максима Чижика понятно, что он ошарашен запрошенным сроком.
- То, что мне там следователь написал, прокурор запросил, - это много. У меня ребенок остается один, которому пять лет (от первого брака. - Ред.). А она (Екатерина) даже не признает своей вины. Хотелось бы к родственникам обратиться: мам, прости. 26 лет - это очень много, уже можно было расстрел запросить, да и все.
КАК ЭТО БЫЛО
«Марина меня больше всех раздражала»
Резонансное дело об убийстве 2-летней девочки в суде начали рассматривать 24 сентября. Максим стал жить с Екатериной в 2017 году - у Чижика был один ребенок от первого брака, у Екатерины - пятеро от предыдущих отношений. Алкоголем ни Екатерина, ни Максим не злоупотребляли: он работал укладчиком-упаковщиком, Екатерина - укладчиком хлебобулочных изделий. В первый день процесса так и не прояснилось, как на теле девочки появилось столько синяков и кто ее избил. Обвиняемый Максим Чижик отрицал свою вину.
- Я не знаю, откуда эти 198 ударов, понятия не имею. Это же просто ребенка надо превратить в мясо, я не мог этого сделать. Я не зверь. Три ночи не мог уснуть. Моей вины в этом точно нет, - говорил мужчина.
В суде он рассказывал, что мог ударить ребенка по попе и поставить в угол, но не более того: например, за то, что Марина хотела перерезать ножницами провод.
Но в январе и феврале этого года он давал совсем другие показания:
- Марина меня больше всех раздражала: брала ножницы и лезла в электроприборы. Она меня раздражала своими капризами, плачем, лезла к собаке. Я мог ее наказать физически. Иногда я ее бил рукой по попе, она ударялась очень сильно. В январе она вела себя вообще неадекватно и очень сильно меня этим раздражала. Она включила газовую конфорку. Я схватил ремень и начал ее избивать. Она убегала и ударилась о дверной косяк.
Теперь Максим говорит, что это неправда - признание он писал под давлением. Ничего не знает о почти 200 ударах и мама девочки, Екатерина Жаврид.
- При мне в голову только один раз ударил. А так вот по рукам, по попе - мог. Его все раздражало: что она плачет, зовет маму. В милицию я не обращалась, потому что считала это обычным воспитательным процессом.
На очередном судебном заседании озвучили показания детей и продемонстрировали их видеоопрос. О том, как их воспитывала мать и ее сожитель, писала слуцкая газета «Инфо-курьер». Так, 6-летний Леша рассказывал, что «большой Максим» обижает его ремнем. А в больнице он оказался, «потому что больно, потому что Максим бил». По животу, руке и голове. Синяки на лице, «потому что дядя Максим бил». «А Маруся сдохла. Марусю обижал Максим ремнем по ноге. У Маруси были синяки, дядя Максим бил по попе, по лицу. Мама не обижала. Мама Марусю обижала - била ремнем и руками».
О том, что их бил «дядя Максим», говорили и другие дети. Малыши упоминали, что руку поднимала и мама.
- Мама била Лешу и Ирку по попе ремнем. Один раз. Била за то, что они себя плохо вели. Все раскидывали, я за ними убирала. И меня била ремнем по спине за то, что я плохо себя вела. За то, что я с Лешей и Иркой дерусь. Это было много раз, - рассказывала психологу 7-летняя Эльвира.
По словам главного специалиста управления образования Екатерины Ковальской, за последние месяцы ни бабушка с дедушкой, ни биологический отец не изъявляли желания забрать детей себе.
Приговор по этому делу огласят 13 декабря.