Очень хорошо помню, как все начиналось.
Наконец настал момент, когда она позвонила сама и дала согласие.
Удивлением для меня было ее предложение, чтобы в нашу компанию вошел Станислав Юрьевич Садальский.
Я была категорически против.
Информация, которой я владела о Садальском, приводила меня в ужас.
Я понимала, что он меня съест и эта его трапеза будет долгой.
Лариса убеждала меня в том, что это слухи, что на самом деле Стасик… и так далее.
И я сдалась
Познакомилась со Станиславом Юрьевичем, и, действительно, была приятно удивлена.
Просто я не догадывалась, что меня ждет дальше.
Но это все было потом, а пока дело осталось за малым – найти пьесу, потому как то, что предложила я, им категорически не понравилось.
И вот тут я, залезая в кладовые своей памяти, как говорит Сердючка, начала шерстить пьесы.
Но все было не то.
В какой-то момент я исчерпалась, но чтобы не останавливать процесс, послала им первую попавшуюся пьесу из десятка тех, которые не входили в мои планы.
Ночью мне позвонил Стас и поздравил с тем, что пьеса найдена. Я потеряла дар речи.
Я было принялась их уговаривать почитать что-нибудь еще, но они крепко держали оборону.
И я опять сдалась.
Режиссеры, которым я предлагала поставить пьесу, в ужасе отказывались.
Пришлось практически на коленях уговаривать Диму Горника взяться за эту работу. В ноябре 2000 года мы отправились на первые гастроли.
А в декабре уже было понятно, что спектакль оказался успешным.
Ситуация, придуманная драматургом Леной Кузнецовой, была близка и понятна всей женской половине России.
Они приходили за кулисы, плакали и каждая говорила: «Это про меня».
Странно, я этого не прочувствовала и интуиция мне ничего не подсказывала, когда я читала эту пьесу.
К сожалению, через несколько лет Станислав Юрьевич поссорился с Ларисой, своей давней боевой подругой и она ушла из спектакля.
И вот этот подарок от нее в лице Станислава Юрьевича остался со мной.
Лейла Курашинова