Электрик из Ибреси работает наладчиком на бангладешской АЭС: "Хочу увидеть весь мир целиком, но точно знаю, что вернусь в родную Чувашию"
Электрик-наладчик из Чувашии Дмитрий Мешков сегодня живет в другой климатической и культурной реальности – в Бангладеш, где работает наладчиком грузоподъемных механизмов на атомной электростанции. Его история – это пример того, как человек из глубинки находит путь в одну из самых высокотехнологичных отраслей мира и при этом сохраняет сердечную связь с родной землей.
Фото из личного архива
Дмитрий родился в августе 1980 года в поселке Огонек Ибресинского района.
Фото из личного архива
Интерес к электротехнике у Дмитрия появился еще в детстве: отец был телемастером, поэтому дом всегда напоминал маленькую мастерскую. Там все время что-то ремонтировалось, модернизировалось, искрило и гудело. Позднее юношеское увлечение схемами и приборами выросло в профессию. После школы он работал электромонтером, набирался опыта на разных производствах и в итоге прошел путь до специалиста, обслуживающего сложнейшие системы атомной станции.
Фото из личного архива
"Работа на АЭС проверяет и знания, и характер одновременно – любая мелочь может иметь значение", – говорит Дмитрий.
Попасть в атомную отрасль он хотел давно. Первые попытки были еще во время работы на Чукотке, но из-за отсутствия профильного опыта его тогда не приняли.
Фото из личного архива
Этот отказ не стал точкой, а лишь стимулом продолжать. Позже появились зарубежные предложения – в Венгрии, Египте, а затем и в Бангладеш. Именно здесь Дмитрий получил свой шанс.
Фото из личного архива
В тропической стране он живет уже почти два года. Первое, с чем пришлось столкнуться, – жара и влажность.
"Высокая температура и влажность стали серьезным испытанием: жара ощущалась практически постоянно, особенно в дневные часы. Адаптация заняла время: жара буквально обволакивала, но со временем привык, и стало легче", – вспоминает он.
Фото из личного архива
Сегодня Дмитрий трудится на одной из самых крупных и современных станций, где вместе с ним работают около пяти тысяч русскоязычных специалистов – из России, Беларуси и Казахстана. Его зона ответственности – ремонт и наладка кранов, которые участвуют в загрузке ядерного топлива. Работу он описывает как ответственную, требующую дисциплины, внимательности и стрессоустойчивости.
И все же, несмотря на техническую строгость и напряжение смен, Бангладеш подарил ему человеческое тепло. Местных жителей Дмитрий называет одними из самых доброжелательных и искренних, кого встречал.
"Местные жители отличаются открытостью и дружелюбием, относятся к приезжим с искренним интересом и уважением. Даже во время обычных прогулок по деревне люди нередко приглашают зайти, предлагают чай или легкое угощение. Как-то водитель такси сначала пригласил меня к себе домой, познакомил с семьей, угостил чаем, а уж потом отвез по адресу. Это их обычная доброта", – рассказывает он.
Фото из личного архива
"Культура Бангладеш поразила меня разнообразием вкусов и уважением к традициям. Еда здесь – настоящий ритуал, а праздники и семейные обычаи показывают, как важно людям быть вместе. Время течет спокойнее, без привычной спешки, что для меня необычно. Я видел, как местные рыбачат с выдрами. Это умение передается из поколения в поколение. Здесь выращивают жемчуг, разводят шелкопряда и делают шелковые ткани, а ручная роспись воском превращает обычную ткань в настоящее произведение искусства. Меня поразило множество старых мечетей, буддийские храмы. И меня впечатлило отношение людей к религии – их вера в высшее трогает и заставляет задуматься", – рассказывает наладчик АЭС.
Фото из личного архива
Живя вдали, Дмитрий стал еще сильнее ценить свою малую родину.
"Несмотря на интересный профессиональный опыт и доброжелательную атмосферу вокруг, вдали от дома особенно ощущается нехватка привычных и близких вещей. В первую очередь – это родные люди и живое общение с семьей (родителями и братом). Также не хватает простых, но важных традиций: посиделок в бане, домашнего уюта и знакомой с детства еды. Национальная кухня Бангладеш интересна и разнообразна, однако она заметно отличается от той, к которой я привык в Чувашии", – делится ибресинец.
Фото из личного архива
Он все чаще вспоминает тишину чувашских лесов, рыбалку на озерах и мечту, которая не отпускает его с юности – восстановить в родной деревне хотя бы один чистый пруд.
"Эта мысль не отпускает меня до сих пор – иметь хотя бы один собственный, чистый пруд с рыбой в окрестностях родной деревни. Не ради выгоды, а чтобы показать, что воду и природу можно вернуть к жизни. Хочется верить, что даже один восстановленный, ухоженный пруд может стать началом изменений – примером бережного отношения к природе и напоминанием о том, какими эти места были раньше", – говорит он.
Для него это не просто задумка, а символ внутреннего стремления: сделать хоть что-то полезное для своей земли. Ведь, как отмечает Дмитрий, многие пруды сегодня заилились, заросли камышом, рыбы почти не осталось. А ведь когда-то это были живые места: где купались дети, отдыхали семьи, где жизнь текла естественно и свободно.
"Я очень люблю рыбалку – особенно осенью и зимой на чувашских озерах. Здесь, в Бангладеш, ловить рыбу не так интересно: воды буквально кишат рыбой, и азарт теряется. А в Чувашии каждая пойманная рыба была настоящим приключением", – поделился своими впечатлениями Дмитрий.
Фото из личного архива
Сохранить связь с родной Чувашией ему помогают его личные небольшие традиции.
"Я сохраняю привычку гулять на свежем воздухе. В Чувашии это были леса, здесь – джунгли. Наслаждаться тишиной природы стало для меня маленьким ритуалом, который помогает собраться и настроиться на день. Еще я иногда готовлю блюда, которые готовили дома. Скоро будет Крещение, и я пойду купаться в купели здесь, в Бангладеш, как делал это на Волге", – рассказывает ибресинец.
Фото из личного архива
"Еще о родине мне напоминают чувашские песни. Особенно я люблю "Çурхи вăрманта", "Ĕмĕт". "Эп каятăп, каятăп, аякри çĕресене" вообще стала для меня настоящим гимном", – говорит Дмитрий.
За годы работы наш земляк успел побывать в Абхазии, Непале, Таиланде, Индии, ОАЭ и Мьянме.
Фото из личного архива
Путешествия стали для него не только возможностью увидеть мир, но и способом внутреннего роста.
"В начале 2010-х годов все больше молодых людей начали открывать для себя мир. Путешествия перестали быть чем-то недосягаемым: знакомые уезжали с северных вахт не домой, а в Таиланд, чтобы затем снова вернуться к работе. Наблюдая за этим, я все чаще задумывался о том, что и сам хотел бы жить иначе – видеть мир, расширять горизонты, выходить за привычные рамки", – вспоминает Дмитрий.
Фото из личного архива
Особенно сильным опытом стало восхождение к базовому лагерю Эвереста – момент, когда он почувствовал, насколько важна духовная связь с домом и поддержка близких.
"Физически истощенный, испытывая нехватку воздуха в горах, я отправил родным короткое видеообращение. Их поддержка, даже через экран, вызвала сильный эмоциональный отклик: слезы на глазах и мгновенное ощущение прилива сил. В этот момент я осознал, насколько важна связь с родиной, и что даже в самых трудных ситуациях мысли о ней могут давать невероятную внутреннюю поддержку", – делится мужчина.
Фото из личного архива
Путешествия, признается Дмитрий, изменили его мировоззрение. Он стал спокойнее, внимательнее к людям, перестал все сравнивать и оценивать. Для него свобода теперь – не просто возможность ехать, куда хочется, а умение брать на себя ответственность за свой выбор.
"Очень хочу пройти пеший маршрут по кольцу Аннапурны. Он считается одним из самых красивых треков на планете. Это не просто дорога, а путь, на котором многое встает на свои места", – говорит увлеченный путешественник.
Фото из личного архива
В планах Дмитрия – поездка на Филиппины и мечта побывать во всех странах мира, включая Антарктиду. Но при этом он не теряет связи с корнями.
"Мне важно видеть мир целиком, но я точно знаю: вернуться захочется туда, где тихо и спокойно – к бане, родным людям и своему пруду с благородной рыбой", – говорит он.
Фото из личного архива
История Дмитрия Мешкова – это история человека, для которого география перестала быть границей. Но где бы он ни находился – в горах Непала, в шумной Дакке или на стройплощадке под палящим солнцем, – часть его сердца всегда остается в Чувашии, среди лесов, рек и людей, откуда все началось.
Фото из личного архива