Хочет ли воевать новый президент Латвии?
8 июля в Сейме Латвии примет присягу новый президент – Раймонд Вейонис. Сдаст полномочия действующий глава республики Андрис Берзиньш. На днях он дал напутствие преемнику: «Реальность такова: Россия - наш сосед, и нам в любом случае надо искать способы для развития добрососедских отношений между нашими странами. И я считаю, что мы и сегодня остаемся хорошими соседями и что на человеческом уровне наши отношения с россиянами не стали хуже». Гм… Но все же согласитесь – напутствие хорошее. Выполнит ли его Раймонд Вейонис?
Он родился в 1966 году. По образованию - биолог, окончил Латвийский университет. Был депутатом Сейма, министром окружающей среды и регионального развития. С 2014 года — министр обороны Латвии.
Так изменится ли что-то во взаимоотношениях Латвии и России с появлением нового человека у руля республики? С этим вопросом корреспондент «Свободной прессы» обратился к политологу Юрию Долинскому, специализирующемуся на прибалтийской тематике.
- Думаю, никаких подвижек не произойдет, - говорит Ю. Долинский. – Ни в сторону ухудшения, ни в сторону улучшения. Россию по-прежнему будут подозревать в «имперских амбициях», обвинять в ведении информационной и экономической войны. И по-прежнему будут клеить ярлыки «пятой колонны» политическим и общественным организациям, выступающим за добрососедские отношения с Россией и защищающим права русских республики, будут их преследовать. Но и усугубления риторики в межгосударственных отношениях не будет. Впрочем, она и так не радует…
«СП»: - А почему вы считаете, что не будет ухудшения? Ведь Вейонис был министром обороны, не раз делал антироссийские заявления, а уходящий президент Андрис Берзиньш пытался искать какие-то компромиссы в отношениях с нашей страной. До их пор говорит о необходимости добрососедских отношений, уверял, что военной угрозы со сторон России нет. В отличие от литовского и эстонского президентов, сразу отказавшихся от участия в торжествах в Москве по случаю 70-летия Победы, долго колебался, за что его ругали правые, и под этим давлением не поехал. Кстати, они не раз высказывали подозрения в его якобы пророссийской ориентации и даже намекали на досрочную отставку. Напомню еще, что Берзиньш ездил на Олимпиаду в Сочи в отличие от своих прибалтийских коллег…
- А вы заметили, что несмотря на такую умеренную прагматичную позицию Берзиньша, Латвия все равно в фарватере антироссийской внешней политики?
«СП»: - Да. Но это же под давлением...
- Коридор его возможностей узок, и это по Конституции Латвии, весьма ограничивающей деятельность президента, а уж тем более если он - против правящего большинства парламента. Дело в том, что президента в Латвии выбирает Сейм. Элита не собирается отказываться от такой привилегии, возражает инициаторам проведения всенародных выборов. Правящее большинство парламента, которое традиционно - с правым и националистическим уклоном, выбирает удобную, компромиссную для себя фигуру, не может позволить, чтобы главой государства стал «случайный человек». Собственно, об этом прямо и говорят, утверждая, будто в случае всенародного избрания у руля может встать «пророссийский политик». И если все же компромиссная фигура «брыкается», то ее возможности ограничены интересами правящих сил – политическими, экономическими, финансовыми. Вторые парламентские выборы подряд выигрывает партия «Согласие» под руководством мэра Риги Нила Ушакова, четко ориентирующаяся на добрососедские отношении с Россией. Однако ей не дают права формировать правительство, хотя в любой стране президент поручает это именно победившей партии. И вот, несмотря на свою умеренную позицию, и Андрис Берзиньш поручил формирование кабинета не «Согласию», а той же правящей правоцентристской партии «Единство», и в коалицию вошло в том числе радикальное Национальное объединение, которое называет русских Латвии «оккупантами», а Россию – «агрессором». Такая двоякая позиция Берзиньша привела его к потере поддержки со стороны и правых, и «Согласия». И он не пошел на второй срок.
«СП»: - Вы хотите сказать, что позиция бывшего министра обороны тоже не имеет особого значения, да к тому же совпадает с позицией правящего большинства, поэтому ничего и не изменится?
- Не совсем так. Раймонд Вейонис относительно умеренная фигура. Относительно, повторяю. С одной стороны, ему присуща «военизированная» риторика. Например, в период избирательной кампании он утверждал, что в случае нападения на Латвию призовет защищать свою страну и сам будет в первых рядах, и «НАТО нам всегда придет на помощь». Страну он, правда, не назвал, но все понимают: речь о России. Но в его выступлениях проявлялись противоречия. Например, он говорил, будто Россия готовит «гибридную войну», но в то же время не соглашался с министром обороны Великобритании Майклом Фаллоном, утверждавшим, будто Владимир Путин представляет угрозу странам Балтии. Выступил Раймонд Вейонис и против возобновления обязательного военного призыва. Этот вопрос возник после того, как призыв восстановили в соседней Литве. А сейчас, перед назначением на должность, Вейонис обозначил главные шаги после принятия присяги - он намерен сформировать комиссию по народному хозяйству, чтобы работать над моделями развития экономики Латвии. Хочет провести налоговую реформу.
«СП»: - Это как-то не очень сочетается с представлениями о министре обороны.
- А распределение постов – результат межпартийных договоренностей. Он же никакой не военный. Это политическая должность. К тому же Раймонд Вейонис – представитель Союза «зелёных» и крестьян. А там один из лидеров – мэр Вентспилса Айвар Лембергс, один из богатейших людей Латвии, не раз выступавший в пользу добрососедских отношений с Россией. По мнению экс-президента Латвии Вайры-Вике Фрейберги, он как раз и мог повлиять на избрание Вейониса.
«СП»: - Что-то не совсем понятно: с чего вдруг как бы пророссийский политик станет поддерживать кандидатуру министра обороны?
- Политика – это искусство возможного, да и все познается в сравнении. В какой-то момент на пост президента Латвии рвался европарламентарий, экс-министр обороны Артис Пабрикс. Ну, это очевидный ястреб, большой почитатель ветеранов Латышского легиона СС. В конечном счете Национальное объединение пыталось продвинуть своего кандидата, у которого были шансы - судью Европейского союза Эгилса Левитса, известного, в частности, такой фразой: «Латвия может быть только латышской. Иначе она не нужна!». А ведь в Латвии только русских около 30 процентов. То есть если бы Сейм выбрал радикального политика, тот все-таки мог бы оказать негативное влияние, просто подливая масла в огонь противоречий…