«Суперглупость» или энергия будущего? Как китайский прорыв 2026 года отвечает на критику Илона Маска

На календаре 2026 год, и в мире большой энергетики наметилсяинтереснейший заочный спор. В одном углу ринга — Илон Маск. В конце прошлогогода он снова назвал земной термояд «суперглупостью». Его аргумент железный сточки зрения бизнеса: «Зачем строить сложное искусственное солнце на Земле,если в небе висит гигантский бесплатный термоядерный реактор, который работаетбез перебоев? Просто ловите его свет!». В другом углу — физики Китайскойакадемии наук, которые без громких заявлений в соцсетях опубликовали внаучном журнале Science Advances результаты работы на токамаке EAST. И этирезультаты, похоже, ломают барьер, который десятилетиями мешал термоядернойэнергетике стать рентабельной. Что же именно сделали ученые в Хэфэе и почему это событие можетзаставить скептиков пересмотреть свои прогнозы?

Предел Гринвальда: почему реакторы были «слабыми»

Чтобы понять суть китайского прорыва, не нужно быть докторомнаук. Достаточно представить чемодан, который вы собираете в отпуск. В физикеплазмы долгое время существовало эмпирическое правило — предел Гринвальда.Грубо говоря, оно гласило: есть максимальная плотность плазмы, которую можно«запихнуть» в токамак (магнитный бублик). Попытаешься набить «чемодан» плотнее— плазма станет нестабильной, вырвется из магнитной ловушки и повредит стенкиреактора. Реакция сорвется.

А плотность — это ключевой параметр.

• Низкая плотность = мало энергии на выходе. Реактор долженбыть гигантским и дорогим, чтобы давать хоть какой-то ток.

• Высокая плотность = мощный, компактный и (самое главное!)коммерчески выгодный реактор.

И вот новость от 15 января 2026 года: на экспериментальномреакторе EAST удалось превысить этот предел Гринвальда. Как сообщают РИА Новости со ссылкой на китайских исследователей,плазму сжали сильнее, чем считалось возможным, и — сюрприз — она осталасьстабильной. Стенки целы, реакция идет.

Ответ Чемберлену (то есть Маску)

Именно здесь кроется ответ на критику Маска. Илон прав водном: те термоядерные реакторы, которые мы проектировали раньше, действительнобыли безумно дорогими и сложными гигантами с сомнительной окупаемостью. Нодостижение китайских ученых меняет правила игры.

Если мы можем безопасно повышать плотность плазмы, значит,будущие электростанции (вроде проектируемого китайского BEST или европейскогоDEMO) могут быть меньше и дешевле, а энергии давать больше.

Это превращает термояд из «научной игрушки за миллиарды» впотенциального конкурента традиционных АЭС.

Солнце против «Искусственного Солнца»

Безусловно, солнечная энергетика, которую продвигает Маск, —это прекрасно. Для частных домов, для Калифорнии, для зарядки электрокаров. Ноу неё есть физический предел: плотность потока энергии. Вы не можете собрать сквадратного метра солнечной панели больше энергии, чем на неё падает.

Для энергоемких производств (металлургия, дата-центры ИИ,опреснение воды) нужны источники колоссальной мощности, работающие 24/7, независимоот погоды и времени суток.

Российские эксперты, например, Юрий Гаспарян из МИФИ,оценивают новость сдержанно, но позитивно. Коммерческий реактор не появитсязавтра — на это уйдет еще 10-15 лет. Но преодоление предела Гринвальдапоказывает, что физика не ставит нам «кирпич». Преграды остаютсятолько инженерные.

Итог

Называть исследования термояда «суперглупостью» в 2026 году— это, пожалуй, поспешно. Да, у нас есть Солнце в небе. Но история человечества— это история того, как мы учимся не ждать милостей от природы, а брать процессв свои руки.

Когда-то мы грелись у лесных пожаров (случайная энергия), апотом научились разводить костер сами. То же самое происходит и сейчас.Китайские ученые просто показали нам, как подкинуть в этот костер побольшедров, чтобы не обжечься.