Приехал с вахты раньше времени: хотел сделать жене сюрприз, но получил инфаркт – кто мылся в нашей ванной
Иван возвращался с вахты раньше, чем планировал. Решив устроить Маше сюрприз, он решил не предупреждать жену о своём приезде. Однако сюрприз оказался на этот раз не для неё.
Открыв дверь ключом, Иван вошёл в почти пустую квартиру. Ему стало тревожно. Дело в том, что Маша всегда предупреждала, если уходила. Чтобы развеять тревожные мысли, он сразу позвонил ей, но Маша ответила усталым, слегка раздражённым голосом. Притом, она соврала, что находится дома.
Иван слышал посторонние шумы, не похожие на привычные звуки квартиры. Она пыталась объяснить шум открытым окном и включённым фильмом, но в его голове всё складывалось странно. Он решил не настаивать и подумал, что жена просто ненадолго вышла из дома.
Он поставил лилии в вазу, спрятал пирожные в холодильник, выпил корвалол и сел у окна, стараясь успокоиться. Позже переместился в зал, оставив свет только в коридоре, и постепенно задремал.
Разбудил его звонкий, дерзкий женский смех. Он был очень неприятный, а сквозь него пробивались слова о чрезмерной страсти. Сквозь шум Иван расслышал слова о свете, который забыли выключить, а имя «Коль» отозвалось в нём словно нож.
Сердце сжалось так сильно, будто он оказался не в своем доме. Он вышел в коридор и лишь успел увидеть, как девушка, очень похожая на его жену, закрывает дверь.
Перед Иваном в это же мгновение оказался парень с татуировками и тоннелями в ушах.
«Кто ты?» — дерзко спросил незнакомец.
Иван ответил ледяным голосом: «Твой палач, если тебе так понятнее». Всё произошло мгновенно: удар — «Коля» падает, второй — крик боли.
Из ванной выбежала девушка, но это была не Маша. Перед Иваном стояла Света, младшая сестра жены, побледневшая и испуганная. Она пыталась понять, как он оказался дома. Света объяснила, что Маша была уверена, что Иван ещё неделю будет на вахте.
Иван почувствовал, как земля уходит из-под ног. Голоса, шум — всё оказалось иллюзией. Его ревность создала страшную картину, которой не было. Сердце сжалось, боль пронзила грудь, и он потерял сознание.
Очнулся он уже в реанимации под крики врачей и команды «Разряд!». Потом снова тьма. В следующий раз он открыл глаза в обычной палате.
Рядом сидела Маша, сжимая его руку, с покрасневшими глазами и тихим, дрожащим голосом. Она рассказала, что в тот день её увезли на скорой из-за угрозы срыва беременности. Она хотела сообщить Ивану лично, когда тот вернётся, а пока попросила сестру присмотреть за квартирой.
Иван слушал, ощущая смешение стыда и облегчения. Он прошептал, что повел себя глупо, ослепленный ревностью.
Маша мягко погладила его по руке: «В такой ситуации растеряться мог бы любой. Главное — мы живы. И совсем скоро в нашей жизни появится ребёнок».