Активист партии Евгения Тимошина разбирает вопрос проявления жестокости у подростков

Когда мы видим по телевизору подростка в наручниках, которого ведут в суд, первая реакция — ужас и неприятие. Но если отбросить эмоции и попытаться разобраться в причинах, картина становится еще более пугающей.


Почему обычный ребенок, который еще вчера смеялся на перемене, сегодня берет в руки оружие? В ситуации разбирается активист ЛДПР, психолог Евгения Тимошина.

1. Глубокая эмоциональная боль и изоляция. Это не просто «плохое настроение», а состояние полного одиночества в толпе. Буллинг в школе, травля в соцсетях, непонимание в семье. Ребенок чувствует себя настолько ничтожным и отвергнутым, что мир теряет для него ценность. Агрессия в этом случае — это крик о помощи, искаженная попытка заявить о своем существовании.


2. Романтизация насилия и «Колумбайн»-культура. В интернете до сих пор существуют закрытые сообщества и деструктивные каналы, где образ «школьного стрелка» подается как образ крутого и властного героя-одиночки. Подростки, ищущие свою идентичность, попадают в эту ловушку. Они не видят реальных жертв, они видят символ. (Прим.: движение «Колумбайн» признано террористическим и запрещено в РФ).


3. Психические расстройства, оставленные без внимания. Депрессия, шизофрения, психопатические расстройства часто дают о себе знать именно в подростковом возрасте. Если родители списывают замкнутость на «переходный возраст», а агрессию на «дурное влияние улицы», болезнь прогрессирует. Ребенок теряет связь с реальностью, и голоса в голове могут стать громче голоса совести.


4. Желание отомстить. Месть обидчикам, месть «всему миру», который не понял и не принял. В подростковом возрасте чувство несправедливости переживается максимально остро, а эмпатия к «чужим» (тем, кто не входит в ближний круг) может быть практически отключена.


5. Отсутствие разговоров о смерти и ценности жизни. В современном мире смерть стала контентом. Мы видим ее в играх, клипах, новостях, но перестали говорить о ней как о трагедии. Если ребенку не объяснили, что жизнь — это хрупкий дар, а смерть — это не «перезагрузка», он может обесценить ее.


Что с этим делать? Есть ли выход?


Нельзя просто запретить телефоны или поставить полицейских у каждой школы. Проблема глубже.


· Родителям: Слышать, а не контролировать. Важно не просто знать пароли от соцсетей, а интересоваться внутренним миром ребенка. Важно не ругать за плохие оценки, а спрашивать: «Ты как? У тебя глаза грустные». Создавать дома безопасное пространство, где не осудят за слабость.


· Школе: Учить человечности. Программы по борьбе с буллингом, внимание психологов не для галочки, а для реальной помощи. Учителя должны видеть не только успеваемость, но и атмосферу в классе.


· Государству: Регулировать контент. Борьба с деструктивными группами в сети должна быть системной и технологичной.


· Нам всем: Не проходить мимо. Если вы видите странного, забитого, агрессивного подростка — не спешите его осуждать. Иногда простое «Привет, как дела?» может стать для него якорем, удерживающим в реальности.


Терроризм не рождается в вакууме. Он рождается в атмосфере боли, равнодушия и ненависти, которую мы, взрослые, иногда не замечаем.


Каждый вторник в партии ЛДПР по ул. Красная Набережная, 37 психолог Евгения Тимошина проводит встречи с родителями, которые хотят научиться взаимодействовать со своими подростками. Нужно только записаться по телефону 89064583172.