Власть объясняет: как удары по Ирану повлияют на стоимость нефти?
Удары США и Израиля по Ирану привели к удорожанию нефти более чем на 10% и эта динамика может продолжиться. Военная операция побуждает Иран задуматься о частичной или полной блокировке Ормузского пролива, через который экспортируется до пятой части мировых объемов потребления нефти. В этом случае цены могут достичь трехзначной отметки, а при самом худшем сценарии подтолкнуть мировую экономику к новому витку инфляции и последующей рецессии.
Что произошло?В последний день февраля США и Израиль нанесли скоординированные военные удары по Ирану. В результате них был убит верховный лидер Али Хаменеи, также была атакована военная и ядерная инфраструктура страны. В ответ Иран осуществил ракетные удары по Израилю, ОАЭ, Саудовской Аравии, Кувейту, Бахрейну и Ираку.
СМИ сообщали о взрывах в районе острова Харк, где расположен основной терминал для экспорта иранской нефти — через него проходит 90% ее поставок. Кроме того, взрывы произошли в торговом порту Джебель-Али в ОАЭ, через который, помимо прочего, экспортируется порядка 160 тыс. баррелей нефтепродуктов в сутки.
На фоне этого цена нефти марки Brent подскочила в первые часы торгов на 13% до более $82 за баррель. Нефть марки WTI выросла на 6–8% до примерно $71-75. На 11:00 по времени Астаны майские фьючерсы на Brent торговались по $79,5 за баррель, а апрельские фьючерсы на WTI по $72,4.
В результате стремительного роста нефтяных котировок акции «КазМунайГаза» во время торгов 2 марта прибавили 10% и достигали почти 30 тыс. тенге за одну бумагу, обновив таким образом исторический максимум.
Почему цены на нефть растут?Американо‑израильская операция повышает риск того, что в ответ Иран попытается сделать Ормузский пролив небезопасным для коммерческого судоходства. По данным консалтинговой компании Kpler, через него транспортируется порядка 20% потребляемой миром жидкой нефти (13-14 млн баррелей в сутки). Большая часть этих объемов (около 70%) приходится на Китай, Индию, Японию и Южную Корею. Китай, вторая по величине экономика мира, получает из этого региона половину импортных поставок нефти.
Хотя этот жизненно важный водный путь пока официально не заблокирован, данные морских сервисов отслеживания показали, что десятки танкеров скапливаются по обе стороны пролива, опасаясь атак или испытывая трудности с получением страховки на рейс.
«Ежедневно [остановка движения через Ормузский пролив] будет затруднять выход на рынок 15 млн баррелей нефти», — говорит Хорхе Леон, глава отдела геополитического анализа Rystad Energy.
До конфликта фундаментальные факторы указывали на глобальный профицит нефти в 2026 году — на уровне 2–4 млн баррелей в сутки.
Но потенциальные перебои в 8-20 млн баррелей в сутки значительно превышают возможности компенсации за счет резервных экспортных мощностей ОПЕК+, стратегических запасов и обходных трубопроводов.Кроме того, через Ормузский пролив экспортируется около 20% мирового сжиженного природного газа (80 млн тонн), в основном из Катара. Как отмечают аналитики, в случае перебоев эти объемы не удастся заместить.
Что будет с ценами на нефть в ближайшей перспективе?На фоне роста неопределенности несколько крупных финансовых институтов резко повысили свои краткосрочные прогнозы по ценам на нефть — в среднем с $80 (Citi) до $100 (Goldman Sachs).
При краткосрочной (1–2 недели) дестабилизации обстановки в странах Персидского залива, аналитики Citi прогнозируют ограниченные перебои в пропуске судов через Ормузский пролив. Цены на нефть могут временно возрасти до $80–90 и пойдут на спад по мере деэскалации со стороны США и смены иранского руководства. Исторически, как подчеркивают в Citi, ограничения прохода через Ормузский пролив были непродолжительными: ни одной стране не удавалось полностью закрыть его надолго.
Если конфликт окажется более затяжным (1–3 месяца), движение через Ормузский пролив может быть частично закрыто. По оценкам Rystad Energy, даже с учетом перенаправления некоторых объемов через нефтепровод «Запад-Восток» в Саудовской Аравии и нефтепровод Абу-Даби, цены на нефть могут пробить отметку в $100 за баррель. Лидеры стран Ближнего Востока уже заявляли американским чиновникам, что усиление их военной активности способно подтолкнуть цены к еще большему росту.
Амрита Сен, основатель компании Energy Aspects, не ожидает, что Иран официально объявит о закрытии пролива, однако США не смогут предотвращать единичные атаки на танкеры. Такие инциденты, по ее словам, «уже сами по себе заставляют рынок крайне осторожно относиться к отправке судов в этот регион».
Сен считает, что цены, вероятнее всего, останутся около текущих уровней, если не произойдет «реального ущерба энергетической инфраструктуре». При его отсутствии рынок, по ее словам, будет держаться относительно стабильно, но в случае дальнейших разрушений цены пойдут вверх.
Основная часть контрактов на поставку углеводородов заключается страной в конце и начале года, но гибкие формулы позволяют учитывать резкий всплеск и падение цен.
Каковы длительные последствия конфликта на Ближнем Востоке для нефти?Саул Кавоник, глава направления по энергетическим исследованиям в MST Marquee, полагает, что если иранский режим расценит нынешнюю ситуацию как экзистенциальную угрозу, он все же может пытаться полностью блокировать Ормузский пролив.
«Это может привести к сценарию, в три раза более тяжелому, чем арабское нефтяное эмбарго и иранская революция 1970‑х годов, и подтолкнуть цены на нефть к трехзначному уровню, а цены на СПГ — к повторному тестированию максимумов 2022 года», — добавил он.
При экстремальном сценарии полная и длительная блокировка Ормузского пролива, по оценке Кавоника, может вывести с рынка порядка 20 млн баррелей в сутки. Это примерно 20% мирового потребления жидких нефтепродуктов. В этом случае цены на нефть в первые дни блокады могут взлететь до $120-150 за баррель, а в дальнейшем и до $180-200.
Длительный ценовой всплеск на нефть, как ожидают аналитики, грозит возобновлением инфляционного давления в мировой экономике. Он ляжет тяжелым бременем на бизнес, который перенесет рост производственных издержек на плечи потребителей. Это ударит по покупательной способности людей по всему миру, в результате чего глобальная экономика может войти в рецессию.