Череда дестабилизаций либо потеря союзника могли бы встретить куда более решительную реакцию Москвы. Но не слишком громкие публичные заявления российских официальных лиц по поводу событий в Венесуэле и Иране — не говоря уже о молчании хозяина Кремля Владимира Путина — вызывают недоумение.
