Раумо сначала попросил его немедленно освободить, а затем расстрелять

Текст, фото: Антонина Кябелева 

22 января в Петрозаводском городском суде продолжилось рассмотрение нашумевшего уголовного дела, возбужденного против гражданина России и Финляндской Республики Алекси Раумо. Бывший внештатный советник Главы РК, экс-директор Центра по привлечению иностранных инвестиций (в настоящее время центр «Мой бизнес») и в прошлом заместитель директора Корпорации развития РК обвиняется в мошенничестве, взятках и присвоении служебного ноутбука.

Заседание, в данном судебном процессе это уже стало обычным явлением, проходило в атмосфере эмоционального напряжения, старательно поддерживаемого подсудимым. Началось оно тоже традиционно: с рассмотрения ходатайств, с завидной регулярностью направляемых Раумо в адрес суда.

Первое ходатайство было связано с показаниями представителя Петрозаводского экспериментального предприятия клееных конструкций Андрея Сажина, который в деле проходит как потерпевший. Сажин рассказал, как пытался добиться выделения в Петрозаводске земельного участка для строительства завода. Проект был на сопровождении у Корпорации развития РК, где Сажин и познакомился с подсудимым. Тот согласился помочь ему в продвижении проекта, но за вознаграждение. Андрей Сажин обратился в правоохранительные органы, и передача денег Раумо проходила под контролем полицейских.

В своем ходатайстве Раумо настаивал, что Андрей Сажин его оболгал, а следователи сфабриковали уголовное дело. Показания потерпевшего он оценил как оговор, провокацию, очернение: «И ничего не было сделано, чтобы остановить это вранье», - возмутился подсудимый.

«Прошу суд немедленно освободить меня из-под стражи»,

- сказал Алекси Раумо.    

Второе ходатайство было связано с претензиями к условиям содержания подсудимого под стражей. Он пожаловался, что не получает вовремя еду, воду и лишен возможности регулярного принимать лекарственные препараты.

«Кроме того, сотрудник конвойной полиции, некая женщина примерно пятидесяти лет в очках, зачем-то начала бить железным предметом по металлической решетке русского автомобиля, где я находился, тем самым вызвав краткосрочную потерю слуха и нанося вред здоровью»,

- сообщил подсудимый, попросив судью Оксану Булаеву вынести частное представление.

Адвокат Александр Родионов согласил, что Сажин допускает в своих показаниях неточности, «а именно, по большому счету, указывает заведомо недостоверные сведения».

В какой-то момент подсудимый попытался вступить в спор с судьей, которая попросила его присесть.

«Давайте меня расстреляйте тогда и все, чтобы я вообще ничего не говорил»,

- с обидой в голосе сказал Раумо.

Оксана Булаева напомнила подсудимому, что уже дважды делала ему замечания.

«Можно меня расстрелять. Расстреляйте меня!»,

- не унимался подсудимый.    

Оксана Булаева напомнила, что недавно уже рассматривался вопрос об изменении меры пресечения. По ее словам, оценку показаниям она даст в совещательной комнате, а вопросы, связанные с условиями содержания под стражей, в рамках данного судебного процесса не рассматриваются.

В суде был допрошен Егор Патракеев, который тоже представлял интересы Петрозаводского экспериментального предприятия клееных конструкций. Он рассказал, что Сажин передал ему 150 тысяч рублей, попросил зачислить на карту и перевести Раумо, чтобы тот смог приехать в Петрозаводск и помочь в продвижении проекта по строительству завода. Деньги передавались в здании гипермаркета «Лента» на Кукковке. По словам Патракеева, при передаче денег присутствовал сотрудник полиции. О том, что ситуацией заинтересовались правоохранительные органы, его предупредил Сажин. Сначала по указанным реквизитам деньги перевести не удалось. Патракеев сделал это только на следующий день. Свидетель не смог вспомнить точную хронологию событий, не смог сказать, когда он давал письменные пояснения в полиции, до встречи в «Ленте» или после.

Провалы в памяти свидетеля вызвали возмущение подсудимого. Ему было предложено задавать вопросы.

«Ну я тоже ничего, наверное, не помню уже»,

- начал Раумо.

Оксана Булаева попросила его задавать вопросы, а не комментировать происходящее.

«Уважаемый суд, я прошу меня с заседания удалить. Я объявляю акцию гражданского неповиновения»,

- заявил Раумо.

Но тут же передумал и решил все же задать вопросы. Говорил Раумо на повышенных тонах, и Егор Патракеев даже пожаловался, что происходящее в суде негативно влияет на его нервную систему. Услышав подобные жалобы, подсудимый стал кричать, что у него тоже недавно было предынфарктное состояние.

Попытки Раумо выяснить у свидетеля, были ли у предприятия деньги на возведение завода, ни к чему не привели, так как Патракеев подобной информацией не обладал. Раумо спросил, видел ли свидетель, как он привозил Сажину из-за границы подарки в виде продуктов и напитков. Судья сняла этот вопрос, как не имеющий отношения к рассматриваемую делу.

На этом вопросы у подсудимого иссякли. «Я не хочу в этом принимать участие», - заявил он.

Судя по моим наблюдениям, атмосфера в зале судебных заседаний становится все более напряженной. Значительная часть времени уходит на рассмотрение ходатайств, которые сочиняет подсудимый. Даже Родионов несколько раз говорил, что поддерживает ходатайство, так как связан законом об адвокатуре и не может не поддержать своего подзащитного. В общем, если и дальше так пойдет, то я не удивлюсь, если Раумо удалят из зала судебных заседаний.