Поличное

Наблюдая за очередной громкой операцией правоохранительных органов региона, задержавших, а затем добившихся ареста главы Копейска Вячеслава Истомина, неожиданно поймал себя на весьма противоречивых мыслях.

Дело точно не в том, что мы хорошо знакомы с Вячеславом Викторовичем наверное, лет 15. Мэру — мэрово. И не в сомнениях в законности и правомочности действий, а также в уровне профессиональной квалификации офицеров ФСБ и Следственного комитета. Нет этих сомнений. К тому же я сужу лишь по публичным медиа-отсветам истории, не знаю (и не могу знать) нюансов оперативной разработки конкретных высокопоставленных подозреваемых и обвиняемых.

Настораживает другое.

Все чаще в последнее время кого-то берут под белы рученьки сверхпублично (чуть ли не под телекамеры «Первого канала»). А потом оказывается, что оглашаемая в суде «база» дела — на показаниях человека, либо не так давно получившего судимость (либо готовящегося к посадке), по «мошенке», взятке или чему-то подобному. А речь — не о взятии казнокрада с поличным, а о возможных деяниях, которые якобы были несколько лет (!) назад.

Получается, сначала свидетеля обвинения осудили, он присел и «запел». Что же, бывает, и часто.

Но это иногда напоминает ставшее крылатым жуткое древнеримское изречение, приписываемое «сталинскому прокурору» Андрею Вышинскому: «признание — царица доказательств». А то и просто инквизицию отца-иезуита Игнасио Лойолы. Печально, когда такую тактику превращают в стратегию, да еще и в самых резонансных, публичных делах...

Честно говоря, когда в основе всего — «дела давно минувших дней» (пусть и до окончания срока давности) и «слив» от осужденного мошенника\растратчика\казнокрада, мечтающего об УДО, или соглашении со следствием, невольно задаешься вопросом: неужели не могли чего-то повнушительнее «накопать»? Или настолько снизилась компетентность оперативных работников и следствия?

Последнее — точно нет. Будучи знаком с некоторыми сотрудниками «органов», совершенно убежден, что искать качественную доказательную базу и брать с поличным у нас умеют. Примеров, в том числе не самых далеких — полно: Виталий Тесленко, задержанный в бане, и державший дома 20 с лишним миллионов рублей, несколько первых руководителей паспортно-визовой службы (один — Сергей Рязанов — задержан прямо при получении денег в кафе), экс-замначальника регионального ГУ МВД Борис Дудка, ректор УралГУФК Евгений Орехов, мэр Карабаша Муса Дзугаев...

Так в чем же дело? Если есть информация, что имярек — взяточник, что мешает довести разработку до неопровержимого — поличного, а не довольствоваться «делами давно минувших дней»? Ведь это иногда так... неубедительно.

Я не только и не столько про Вячеслава Истомина или, скажем, Николая Сандакова. Дело вообще, кажется, не в них...

P. S. Повторюсь, я не сомневаюсь в законности и правомочности действий, а также в уровне профессиональной квалификации сотрудников правоохранительных органов. Как помню и о том, что «никто не может быть признан виновным в совершении преступления и подвергнут уголовному наказанию иначе как по приговору суда».