Проще поговорить с закатом. Фантазии на тему интервью с Черчесовым

Моя атака на тренерский штаб сборной России в лице Гинтараса Стауче и Станислава Черчесова была отбита ими без особых хлопот.

Проще сделать интервью с солнцем или поговорить с закатом это запросто. А вот с жителями Земли? Нет, это гораздо сложнее.

Наивно было рассчитывать на удачу, но не попробовать тоже было нельзя. Я дождался, когда Гинтарас закажет себе еду в ресторане, затем атакует салат-бар и как только взмахнет вилкой, вот тут-то я его и скручу.

Интервью? Вообще не проблема. Но только нужно получить разрешение через нашего пресс-атташе, изрек вратарь и посолил салат.

Ну, в общем, примерно так я и думал. Ибо нечего тут раздавать интервью кому попало, а то ишь! Поесть не дают нормально.

На следующий день Стауче вообще улетел из Австрии, а пресс-атташе сборной Игорь Владимиров вежливо отправил меня в лес, сказав, что у нас сейчас пауза на интервью. Ответ, безусловно, железный и выяснять почему пауза именно сейчас, когда жарко и вокруг никого нет, уже не хотелось.

Поэтому у Черчесова не было никаких шансов спокойно зарядить телефон в холле гостиницы.

Советский спорт? Рад! Но мы пока не даем интервью.

Да я в курсе, это такое счастье. Давайте-ка лучше фотографироваться!

О, это запросто. Только лучше вот с этой стороны встаньте. Или нет. Ну, чтобы нам не особо отсвечивать.

Щёлк! Вот тебе и все интервью.

А ведь как было прекрасно, если

Гинтарас Стауче выронил из рук тарелку с салатом, и та со звоном разбилась.

Это же Федоровский! Всю жизнь хотел дать ему интервью и вот наконец-то! Задавайте, задавайте скорее ваши великолепные вопросы!

Я устал.

Давайте я за вас придумаю их!

Можно я поем, а? Очень вкусные здесь макароны и все такое. И вообще сначала мне все это дело надо согласовать с моим пресс-атташе, которого у меня нет.

Станислав Саламович тоже здесь живет! Он, когда узнает, что вы приехали, то даст вам интервью на три часа!

Я пока не готов писать книгу. Так что, и главный тренер здесь? Мда приехал отдохнуть называется. Ну, собственно я так и думал.

На следующий день Черчесов заряжал телефон и взглянул на меня с презрением.

Наслышан, наслышан про вас, Александр. Стало быть, не берете у нас интервью? Что ж, мы это запомним.

Понимаю вас. Но мне надо утвердить, согласовать, получить визу и сделать 63 звонка. Интервью для Советского спорта это, знаете ли, не шведский стол в ресторане.

Может быть завтра на игре?

Я подумаю.