Украинский теннисист Сергей Стаховский рассказал об отношениях со своей женой Анфисой Булгаковой, которая родилась в России.- Эмоционально было очень трудно. В Топ-50 вернулся только через несколько лет. У меня была негативная реакция на русский язык, на новости, которые освещались на российском телевидении. Это отнимало очень много энергии.- Не пробовали абстрагироваться?- Не получалось. Просто время притупляет. У меня был очень агрессивный период, когда я ссорился со всеми россиянами, немного их прессовал. Потом говорил им, что был тогда за какой-то гранью. Их влияние на ситуацию было минимальным, а любая позиция имеет право на существование.Надо понимать, что моя жена - русская. Она эмигрировала из России в Венгрию в 1992 году, несколько лет прожила в Лондоне. Я тоже много поездил, мы космополиты. Но было напряжение внутри семьи.- Как не сойти с ума в моменты, когда в семье нет согласия относительно таких критических моментов?- Нам повезло, что любовь готова преодолеть всё. Счастлив, что наткнулся на человека, который тоже это понимает. Трудно было, потому что рычаги пропаганды, которой пользуется Россия, очень влиятельные. Даже если человек не живет в России, а смотрит российское телевидение, то ей трудно самой делать выводы. Скажу за себя: если бы сам не был на Майдане, то мог бы поверить в то, что "Правый сектор" переодевался в "Беркут" и стрелял по людям. Трудно этому противодействовать.Для жены точкой, которая вернула её в более-менее реальный мир, было моё возвращение с Уимблдона-2014. Привез ей Guardian, Times, Newsweek, где чёрным по белому написано о Путине и его паутине пропаганды.Все мировые медиа освещали эту ситуацию под каким-то одним ракурсом. Говорил жене: "Дорогая, можем спорить с тобой, когда Украина говорит одно, а Россия - другое. Но когда весь мир говорит, что это чёрное, а Россия говорит - что белое, то надо задуматься, что на самом деле не белое". Она начала меняться.
