- Я - за расширение РПЛ, футболисты должны играть и отрабатывать свои зарплаты, - говорит Ловчев. – Мы не играем в еврокубках, сборная отстранена от всех соревнований, и это явно не на три месяца. Ситуация, когда команды проводят по 30 матчей за сезон – не нормальная.
- Еще будет рассматриваться вопрос, что в этом сезон вылетать из РПЛ никто не будет.
- И это тоже правильно. Сезон получился скомканным, во многих командах уехали легионеры. И если в таких условиях команды, которые явно стоят на вылет, не вылетят, ничего страшного.
- Войдет условный, ставший уже мемом, «Тамбов». И что тогда?
- «Тамбов» же привозил какие-то бумаги с финансовыми гарантиями в РПЛ. А эти гарантии никто потом не выполнил и команда развалилась. Надо с этим разбираться, чтобы больше такого не было.
- Сейчас претендуют на выход в РПЛ «Оренбург» и «Факел». В Оренбурге стадион, вроде бы, в порядок привели. А вот в Воронеже, кажется, тот самый, старый стадион, оставшийся с советских времен.
- Ничего страшного – подремонтируют, подлатают.
- Согласен, главное, чтоб газон был нормальный. Еще один из минусов расширения – в середине таблицы «болото» образуется, а значит, количество неинтересных матчей увеличится. Болельщики разочаруются.
- Я играл в советское время, когда договорняки были почти нормой. Хотя московские команды между собой никогда не играли договорняки. Наоборот, топили друг друга. Как «Торпедо» нас, «Спартак», уторило в 1976-м. Но сейчас в РПЛ я не вижу договорняков.
А с «болотом» нужно бороться, что-то придумывать, какие-то стимулы для команд, чтоб «болото» осушалось. Над этим надо думать нашим футбольным властям. И еще надо работать с тренерами, но я не знаю, как работать с тренерами.
Я же еще застал времена, когда в чемпионате СССР били пенальти после матчей, так боролись в договорняками. Дошли до маразма – восемь раз вничью можно играть, а с девятой уже бьют послематчевые пенальти. Победитель получал одно очко, проигравший – ноль. И я эти позорные пенальти «отменил».
- Как это?
- Играли в «Лужниках» с тбилисским «Динамо». Играем, бьемся, но в основное время получается ничья. Договорились перед пенальти с Кахи Асатиани – забиваем по три, чтоб показать всю абсурдность. Я бил последним, забивать мне уже нельзя было – по три забили. И я с точки жахнул в сторону углового флажка. А шла прямая трансляция, и камера крупно показала, что я после удара смеюсь.
Николай Петрович Старостин говорит мне на следующий день, что меня вызывают в КДК.
- «За что?» - «А ты смеялся после удара». Я ответил, что это нервный смех. Но после этого подумали, почесали головы, и поняли, что эти пенальти - абсурд и отменили.
"СС"
