Игорь Золотовицкий: прощание с театральной эпохой
Игорь Золотовицкий: прощание с театральной эпохой
На свете есть удивительные актеры — их совсем, совсем немного. С первой реплики, с первого кадра они становятся… родными. Без экзальтации и надрыва они просто и скромно занимают место в сердце и жизни. А когда человек твой, родной, хочется по-детски верить в его бессмертие. Что он будет всегда.
Впервые я это поняла, когда ушел Евгений Леонов. «Винни-Пух умер, знаешь, — сказал один малыш другому в песочнице. — Неправда! Винни-Пух сегодня вечером идет в гости, возмутился второй ребенок».
С тех пор я всего несколько раз ловила себя на чувстве огромной, невосполнимой потери. Своей, личной, а не только для искусства. Владислав Галкин. Андрей Краско. Сергей Пускепалис. И в январе прошлого года — Евгения Добровольская.
Последний раз я видела ее в спектакле МХТ «9 ряд, 12 место» в конце 2024 года. Она играла в двух этюдах с Игорем Золотовицким. Именно тогда я первый и последний раз увидела их обоих на театральной сцене. И это было смешно, щемяще, грандиозно, блистательно. И близко, совсем близко. Я смотрела на виртуозный актерский дуэт и радовалась, что живу с этими людьми в одно время. Что обязательно еще увижу много спектаклей с ними. Что они еще молоды уверенной зрелой молодостью, и у нас впереди много всего.
Бывают странные сближения, и в радости бывают, и в горе. Евгения Добровольская ушла в январе прошлого года — внезапно для своих зрителей.
Так же ушел Игорь Золотовицкий. Оглушительно, резко. Вдруг градом посыпались сообщения в телеграм-каналах. Интернет превратился в храм скорбящих и ослепленных слезами людей — коллег, друзей, критиков, поклонников. Совсем незадолго до смерти Евгении Добровольской я подумывала купить билет на ее бенефисный спектакль «Космос». А пару дней назад, пересматривая одну из частей саги о майоре Черкасове «Метроном», наслаждалась почти что главной ролью Золотовицкого. Он играл циничного директора Москонцерта, и это было убийственно достоверно. Играл настолько убедительно, никто не заподозрил бы мегатонны доброты в этом актере.
Почему-то ему часто доставались роли ушлых прохиндеев. Только увидев его на сцене тогда, в декабре 2024, я каждой клеткой ощутила тепло и почти увидела громаду его внутреннего света.
И вот сейчас я пишу этот текст и слушаю сюжет о его смерти. Золотовицкий говорит сам о себе как об актере, которого все знают в лицо, но мало кто — по имени.
Как же невнимательны мы, люди. Как легкомысленны. Все эти наши «потом», «еще успеется» преступно малодушны. Как же мало я знала о Вас, Игорь Яковлевич. Не знала, что студенты возглавляемой Вами Школы-студии МХАТ между собой звали вас «мама». Сколько вы сделали для искусства не только как актер и режиссер, но и как ректор ведущей театральной школы. Как любили вас такие разные люди, в словах скорби которых — редкий случай — только скорбь и ни грамма показухи.
Только сегодня я узнала, что один из Ваших последних проектов — аудиогид по Музею Москвы. Я люблю Москву, и хотя не люблю музеи, обязательно схожу послушать Ваш голос. Такой узнаваемый. Такой родной.
Мы не были знакомы, но все-таки осмелюсь считать вас своим, родным. И нас, таких дерзких, миллионы. Легкого пути, Игорь Яковлевич.
Екатерина Гуркина, театральный и киноблогер, автор ТГ-канала
На свете есть удивительные актеры — их совсем, совсем немного. С первой реплики, с первого кадра они становятся… родными. Без экзальтации и надрыва они просто и скромно занимают место в сердце и жизни. А когда человек твой, родной, хочется по-детски верить в его бессмертие. Что он будет всегда.
Впервые я это поняла, когда ушел Евгений Леонов. «Винни-Пух умер, знаешь, — сказал один малыш другому в песочнице. — Неправда! Винни-Пух сегодня вечером идет в гости, возмутился второй ребенок».
С тех пор я всего несколько раз ловила себя на чувстве огромной, невосполнимой потери. Своей, личной, а не только для искусства. Владислав Галкин. Андрей Краско. Сергей Пускепалис. И в январе прошлого года — Евгения Добровольская.
Последний раз я видела ее в спектакле МХТ «9 ряд, 12 место» в конце 2024 года. Она играла в двух этюдах с Игорем Золотовицким. Именно тогда я первый и последний раз увидела их обоих на театральной сцене. И это было смешно, щемяще, грандиозно, блистательно. И близко, совсем близко. Я смотрела на виртуозный актерский дуэт и радовалась, что живу с этими людьми в одно время. Что обязательно еще увижу много спектаклей с ними. Что они еще молоды уверенной зрелой молодостью, и у нас впереди много всего.
Бывают странные сближения, и в радости бывают, и в горе. Евгения Добровольская ушла в январе прошлого года — внезапно для своих зрителей.
Так же ушел Игорь Золотовицкий. Оглушительно, резко. Вдруг градом посыпались сообщения в телеграм-каналах. Интернет превратился в храм скорбящих и ослепленных слезами людей — коллег, друзей, критиков, поклонников. Совсем незадолго до смерти Евгении Добровольской я подумывала купить билет на ее бенефисный спектакль «Космос». А пару дней назад, пересматривая одну из частей саги о майоре Черкасове «Метроном», наслаждалась почти что главной ролью Золотовицкого. Он играл циничного директора Москонцерта, и это было убийственно достоверно. Играл настолько убедительно, никто не заподозрил бы мегатонны доброты в этом актере.
Почему-то ему часто доставались роли ушлых прохиндеев. Только увидев его на сцене тогда, в декабре 2024, я каждой клеткой ощутила тепло и почти увидела громаду его внутреннего света.
И вот сейчас я пишу этот текст и слушаю сюжет о его смерти. Золотовицкий говорит сам о себе как об актере, которого все знают в лицо, но мало кто — по имени.
Как же невнимательны мы, люди. Как легкомысленны. Все эти наши «потом», «еще успеется» преступно малодушны. Как же мало я знала о Вас, Игорь Яковлевич. Не знала, что студенты возглавляемой Вами Школы-студии МХАТ между собой звали вас «мама». Сколько вы сделали для искусства не только как актер и режиссер, но и как ректор ведущей театральной школы. Как любили вас такие разные люди, в словах скорби которых — редкий случай — только скорбь и ни грамма показухи.
Только сегодня я узнала, что один из Ваших последних проектов — аудиогид по Музею Москвы. Я люблю Москву, и хотя не люблю музеи, обязательно схожу послушать Ваш голос. Такой узнаваемый. Такой родной.
Мы не были знакомы, но все-таки осмелюсь считать вас своим, родным. И нас, таких дерзких, миллионы. Легкого пути, Игорь Яковлевич.
Екатерина Гуркина, театральный и киноблогер, автор ТГ-канала