Олимпийский чемпион прокомментировал то, что Белгород не получил права на проведение матчей первого в истории чемпионата мира по волейболу в России. Как восприняли информацию о таком решении Международной федерации волейбола? Мы находимся в полном недоумении, почему принято такое. Сегодня в 15 часов прошло заседание в Лозанне, где озвучили список из десяти городов чемпионата мира по волейболу 2022 года. Белгород не попал. Нам до сих пор не понятно, по каким критериям. Очень много вопросов, но нет ни одного ответа. Надеюсь, в скором времени мы получим разъяснение, как это всё было, потому что мы находимся в шоковом состоянии. Неужели мы это заслужили? Мы - олимпийские чемпионы, Белгород – можно сказать, столица волейбола, нас знают в России и во всём мире, Геннадия Яковлевича Шипулина, который долгое время работал на то, чтобы российский волейбол процветал, становился с каждым годом только сильнее. У нас подготовлено много игроков для сборной команды, для клубов по всей стране. Отработана система от юниоров до игроков Суперлиги. Мы не понимаем, почему к нам такое отношение – ко мне лично, к Тетюхину, к Мусэрскому, к другим, которые положили всё своё здоровье на то, чтобы волейбол процветал. Неужели Кемерово или Ярославль заслуживают больше, чем мы? По каким критериям это определено? Никаких предпосылок, каких-то разговоров о таком возможном решении федерации не было? Нет. Скоропостижное какое-то совещание, где принимаются уже чётко города, и этот список уже невозможно изменить. Ярославль – город, где больше интересен хоккей, волейбол там мало развивается. Почему Кемерово, где нет ни дворца спорта, ни инфраструктуры, у них это только в проектах? Да, там выделен бюджет, да, есть участок земли, но там даже ещё не началась стройка, хотя у нас - уже этап строительства, считаю, мы уже прилично преуспели, у нас уже есть, на что посмотреть, уже вырисовывается чаша. Я не могу понять, зачем давать чемпионат мира в Новосибирск и тут же в Кемерово, если это 260 километров? В нашем регионе, в ЦФО, люди из Курска, Орла, Воронежа могли приехать в Белгород на нашу десятитысячную арену и посмотреть волейбол. Это стратегически неправильно. Ярославль – тоже в 180 километрах от Москвы, можно было бы съездить на матчи в столицу. Я не хочу верить, что в этом решении есть какая-то коррупционная составляющая. Мы получили большую пощёчину – вся Белгородская область, олимпийские чемпионы, люди, работающие во благо волейбола. Почему на нас не обратили внимания? Хотелось бы получить чёткий, рациональный и конкретный ответ, почему предпочтение отдали Ярославлю и Кемерово. В том числе и от Ольги Голодец – заместителя председателя правительства РФ, которая возглавляет координационный совет по подготовке и проведению чемпионата мира в России. Не может ли это решение повлиять на сроки строительства арены в Белгороде? Возможно. Сейчас уже, так скажем, спешить некуда, если это уже окончательное решение. Но всё спортивное сообщество белгородское эту арену заслужило, чтобы в дальнейшем мы могли проводить соревнования любого уровня – чемпионаты мира, Европы, Лигу чемпионов по многим видам спорта. Арена начала строиться ещё до того, как Россия получила чемпионат мира по волейболу. Конечно, хотелось дать старт с такого исторического события. Не верится в то, что этого не произойдёт.
