Русский географ, нашедший мертвый город Хара-Хото
Петр Кузьмич Козлов родился в Смоленской губернии в семье скупщика скота. Часто с отцом Петр ездил в Малороссию, оттуда они перегоняли скот для богатых скотопромышленников. Как и все будущие исследователи, юноша зачитывался книгами о великих географических открытиях и путешествиях.
Но путешествия для него начались не сразу, сначала он учился в реальном училище в Смоленске, после работал в пивоваренной конторе. И только случайная встреча со знаменитым земляком Николаем Пржевальским положила началу его путешествиям. Путевку в жизнь 18-летнему Петру Козлову дал именно Пржевальский.
Козлов поступил вольноопределяющимся в армию и как военнослужащий был включен в экспедицию Пржевальского (гражданские лица не могли войти в состав экспедиции).
Первое путешествие (1883-1885) заключалось в исследовании Северного Тибета и Восточного Туркестана. Несмотря на все трудности, исследование Центральной Азии стало для путешественника «той путеводной нитью, которой определялся весь ход» его дальнейшей жизни.
Большое влияние на формирование Козлова как ученого кроме Николая Пржевальского оказали географы Александр Григорьев и Михаил Певцов, зоологи Валентин Бианки и Евгений Бихнер.
Русский исследователь совершил шесть больших экспедиций в труднодоступные районы Центральной Азии, три из них он возглавлял лично.
Одной из самых удачных стала монголо-тибетская экспедиция (1899-1901). На левом берегу реки Янцзы путешественником были открыты и нанесены на карту ранее неизвестные местности. Помимо географических были совершены и этнографические открытия, изучены восточно-тибетские племена. За эти открытия Петр Кузьмич получил золотую медаль от Русского географического общества.
В следующую, монголо-сычуаньскую экспедицию (1907-1909) он открыл затерянный в песках мертвый город Хара-Хото, столицу Тангутского царства. Этим городом Козлов интересовался с тех пор, как прочел о нем в книге исследователя Григория Потанина.
Археологические раскопки, произведенные в Черном городе, позволили обнаружить множество артефактов, самый главный из которых тангутско-китайский словарь, эта находка позволила приступить к дешифровке тангутской письменности. Стоит отметить, что большой вклад в изучение мертвого тангутского языка внесли русские лингвисты-синологи.
Козлов был не только географом, он выполнял секретные поручения правительства. Он собирал данные о политической обстановке на Тибете, встречался с Далай-ламой XIII Тхуптэн Гьяцо. С Далай-ламой он общался на протяжении двух месяцев, через Петра Кузьмича духовный лидер Тибета познакомился с Русским миром.
У Петра Кузьмича была мечта попасть в Лхасу, но ему эту мечту, как и его учителю, Пржевальскому осуществить не удалось. Попасть в сердце Тибета им помешали интриги английских и китайских политиков, они опасались сближения Тибета с Россией. И даже пропуск, выданный Козлову Далай-ламой, не помог.
В своих исследованиях Петр Козлов высоко держал «знамя науки и престиж Родины». Он помнил, что «по маленькой горсточке русских путешественников, по их поведению и деятельности здесь, на чужбине, местное население судит о всем нашем великом народе».
(с)