УРОК ВПРОК
"Существуют два пути развития человечества. Первый – духовный путь, когда люди живут, осознавая неизменные ценности таких понятий, как "честь", "совесть", "благородство", "справедливость", "долг перед ближним". Второй путь – потребительский. Жить ради потребления, во имя приобретательства, достижения богатства, реализации амбиций, тщеславных мечтаний... Горько становится, когда люди легко готовы отказаться от славы своих предков, от родословной, от высоких идеалов. Сила любой нации находится в сердцах ее людей", - заявил Игорь Гусев, историк из Риги,
и как бы да. Жрать, чтобы жить, а жить, чтобы жрать, как-то скушно. Если ты не кабанчик, хочется все-таки идти "духовным путем", хранить память предков, помнить про "честь", "совесть", "благородство", "справедливость", "долг перед ближним" и прочие высокие идеалы. Это придает жизни некий смысл. Проблема лишь в том, что сегодня, усвоив уроки Русской Весны, слишком многие дошли до понимания
простейшей из аксиом: жить, осознавая "неизменные ценности", и при этом понимая, что тебя, всего такого духовного, вместе с твоими неизменными ценностям в любой момент используют как хотят, а что останется выкинут, - контрпродуктивно. То есть, стоять за спинами, конечно, удобно, но пусть уж кабанчики сами, сами. В конце концов, они никому ничего не обещали, но и им никто ничего не обещал...
и как бы да. Жрать, чтобы жить, а жить, чтобы жрать, как-то скушно. Если ты не кабанчик, хочется все-таки идти "духовным путем", хранить память предков, помнить про "честь", "совесть", "благородство", "справедливость", "долг перед ближним" и прочие высокие идеалы. Это придает жизни некий смысл. Проблема лишь в том, что сегодня, усвоив уроки Русской Весны, слишком многие дошли до понимания
простейшей из аксиом: жить, осознавая "неизменные ценности", и при этом понимая, что тебя, всего такого духовного, вместе с твоими неизменными ценностям в любой момент используют как хотят, а что останется выкинут, - контрпродуктивно. То есть, стоять за спинами, конечно, удобно, но пусть уж кабанчики сами, сами. В конце концов, они никому ничего не обещали, но и им никто ничего не обещал...