Дубль двадцать семь. Борис Кузьмич.
- И вот, заметь, Федос. Жёнки наши поумирали, а тещи - живут. Упорно!
"Белые росы", СССР, 1983 год
Нет больше таких стариков в нашем кино. Нет, и не будет.
Таких, как Санаев, Крючков, Парфенов.
Таких, как Борис Кузьмич Новиков. Или попросту Кузьмич.
Да они и не были стариками. На момент съемок "Белых рос" Новикову было всего 57.
Рязановским "старикам-разбойникам" и того меньше: Евстигнееву – 44, Никулину - 49.
Просто они могли играть всё. Наверное, и суперменов сыграли бы блистательно, но, к счастью, времена были не те. Тогда в душевном кино играли душевные артисты.
Новиков уже очень тяжело болел. Перенес инфаркт, страдал диабетом. Более десяти лет, как ушел из театра и жил только за счет озвучания и небольших ролей в фильмах. Но каких!
К слову, его Купи-продай в сериале Ускова и Краснопольского "Тени исчезают в полдень" полностью придуман самим Новиковым. Каждая сцена, каждая фраза. Вплоть до знаменитой "загремим под фанфары".
Талантливый, безотказный, очень добрый. Говорили, что характер у Кузьмича тяжелый. Нет, этого не было. Была скромность, некая замкнутость, иногда угрюмость.
Все это не от очень веселой жизни за киноплощадкой. Прогрессирующий диабет. Душевнобольной сын. Бедность, граничащая с нищетой. Любимая жена, за которую боялся до конца.
Тогда на съемках "Белых рос" оба "старика" подписали мне свои фотографии. Санаев - прямо по глянцу)) Новиков - с обратной стороны. Сегодня счастлив, что сберег.
- А что это с нашим Валетом сделалось?
- А это он жизни радуется, жить будет на балконе.
- Да вроде как издох...
- Как... издох...?
"Белые росы", СССР, 1983 год
К 90-летию Бориса Новикова
