Риски
Сбивчивый перечень обид вместо пятиминутного уверенного спича лучше всего говорит о том, насколько не хотелось принимать окончательное решение. Но деваться уже некуда: альтернативой была только война, в которую Путина мягко, но при этом безостановочно тянули «партнеры». Признание независимости — это последнее, что хотелось бы делать Путину. Собственно, еще пару дней назад вероятность этого признания была крайне низкой. Но теперь выбора не осталось.
Поэтому и полная околесица в прямом эфире. Путина буквально вынудили выйти из зоны комфорта, заставили принимать ситуативные решения, чего он всегда избегал. И избегал правильно: теперь понятно, что в кризисной обстановке руководитель из него никакой. Он немедленно «плывет».
По сути, Штаты с их умением персонифицированного управления создали ситуацию, абсолютно неприемлемую для Путина, неприемлемую в управленческом смысле. Ему нужно время. Много времени. Ему его не дали. Поэтому любое решение, принятое в цейтноте, было бы либо ошибочным, либо крайне неудачным. И самое интересное, что он это всё понимает и сам. Отсюда и это многословие и оправдания.
Проблема Путина теперь не на Западе. Проблема Путина теперь с собственной братвой. То, что она труслива до дрожи, только добавляет рисков. Трусы ведут себя совершенно непредсказуемо, когда попадают в экстремальную обстановку. А обстановка для ближайшего окружения Путина становится критической: теперь они на прицеле. Всё, что было украдено за 20 лет, может пойти прахом. «Ты голодранец!»©
И вот эту-то братву теперь Путин должен бояться гораздо сильнее, чем Запада. Для тех он очень удобный и предсказуемый. Полезный. Для этих он теперь смертельно опасен.