Борис Грачевский сам носил стулья для своих зрителей
...В своей журналистской жизни я никогда не имел привычки писать кинорецензии. (Не мой жанр.) По крайней мере, до февраля 2016-го со мной такого никогда не случалось. Грачевский заставил.
- Мне не нужна рецензия, - наседал он. - Напиши просто - что ты обо мне думаешь. Напиши по-грубому.
И, можно сказать, насильно затащил не только меня, но и мою жену Любу и ее подругу Тамару в ЦДЛ на странную премьеру - «Между нот».
Впрочем, на афише, что встречала гостей-зрителей у гардероба, нотным станом и не пахло - мужчин уже заранее «обольщали» женские ножки, слегка прикрытые красной юбкой. Под высокими каблуками - мелкими буковками: «Фильм Бориса Грачевского».
До этого мы с ним общались не раз, и не два... Как-то даже ездили вместе дня на три в Казань и Елабугу: плавали на медиа-пароходе, он общался со своими зрителями, я - со своими читателями.
Это был круглосуточно улыбающийся, суетливый, даже - не по рангу - приставучий Грачевский.
В ЦДЛ мы увидели Грачевского усталого, задумчивого... Мне показалось даже - он с нескрываемым удивлением и чуть ли с недоверием наблюдает, как быстро заполняется довольно вместительный зрительный зал - типа: «Не может быть».
Потом бросился сам таскать стулья и какие-то табуретки, скамейки...
На ходу я услышал множество забавных, и иногда соленоватых диалогов режиссера с теми, кто «пришел на Грачевского». И хотел ими «подменить» свой киноотчет про «Между нот». Потом вдруг вспомнил - что однажды я уже использовал этот ход - в «микропьесе про Грачевского». Ну, вот здесь, кстати, фрагмент:
«- ...Да я знаю, Сань, о чем ты пишешь. - о политике! - проявил осведомленность мой друг Боря Грачевский, приславший мне фрагменты предновогоднего клипа, в котором он снялся в роли ну очень энергичного и озорного Деда Мороза, очень похожего ... на героя- любовника.
- Тебе так идет этот костюм, - сделал я Грачевскому комплемент.- Скажи, а Снегурочка - это твоя юная жена? Забыл вот - как ее зовут
- Да, это моя жена и певица, да, Екатерина Белоцерковская.
- Ты извини, Борь, не обижайся, но я, честно говоря, не успеваю запоминать имена твоих юных жен...
- Ой, ой, с этой шуткой ты будешь работать в другом месте, ладно...
- Я понял...»
В общем, я решил не повторяться, и ту свою февральскую - то ли рецензию, то ли кинорепортаж, как бы замаскированный под монолог зрителя, я назвал несколько нахально: «Зачем, Борис, ты сам носишь стулья?».
Кстати, и заголовок, и текст Грачевскому тогда понравились.
Он позвонил мне в тот же день:
- Сань, ты правильно меня понял. Если бы нужно было, я бы сам перетаскал бы в этот зал и все 400 стульев.
...Самой большой страстью этого - такого разного - нашего очень заметного современника была его любовь к своему зрителю...