Доктор исторических наук Геннадий Аннин из Берлибаш поделился воспоминаниями военной поры
В начале сентября 1941 года в Берлибаши, Ульянково, Корноухово, Плетени, Подберезье, другие села и деревни приехали рабочие из Казани, а также колхозники соседнего Нурлатского района для строительства третьей оборонительной линии вдоль Волги с противотанковым рвом и пулеметными дотами – долговременными оборонительными точками.
В нашем пятистенном доме поселили 25 колхозников из Албабы Нурлатского района. За месяц раньше мама поселила эвакуированную из Ленинграда учительницу математики Александру Григорьевну с семнадцатилетней дочерью Наташей. Вместе с нами — мамой, папой, Лидой, Ритой, мной и Галей — в двух комнатах (каждая шесть на шесть метров) жили 33 человека.
Каждый день колхозники оставляли в доме трех женщин для приготовления еды. Продуктами их обеспечивал колхоз. Раз в неделю отправляли повозку в Албабу за продуктовым товаром. Дядя Саша привозил своим односельчанам испеченный караваями хлеб, крупу, мясо и другие продукты. Он мне запомнился и тем, что не умел управлять лошадью в лесу. Когда нужно было привезти из тринадцатого квартала дубовые сучья, управлять лошадью в лесу он предложил мне... Наш воз с дровами медленно прошел между дубовых пней и больших ворохов сучьев.
Значительно труднее было работать казанским женщинам, приехавшим в легкой демисезонной одежде и обуви. Наши сельчане помогали им, давали теплую одежду, валенки. И все-таки в сорокапятиградусные морозы замерзли шесть человек: девушки и молодые женщины, не имевшие детей. Уставшие работницы после труднейшей работы на морозе шли в село семь-десять километров, по пути в поле пытались отдохнуть и согреться в стогах клевера, соломы и засыпали навечно. Прежде чем похоронить их на сельском кладбище, разогревали в землянке около школы, чтобы распрямить тела, потом в гробу провожали в последний путь. Наши сверстники запомнили эту трагедию на всю жизнь.
Противотанковый ров шириной четыре метра и глубиной — три копали лопатами, кирками, топорами. За рвом в двухстах - трехстах метрах строили долговременные пулеметные точки с углублением в землю, деревянными стенами, семью накатами сверху из бревен и метровой каменной и земляной насыпью. Зимой в 1941-1942 годы земля в Среднем Поволжье промерзла до двух метров. Приходилось рыть сначала ямы, закладывать взрывчатку в шурфы и взрывать. Аммонал привозили со станции Урмары, которая находится в 35 километрах от нашего села на железной дороге между Москвой и Казанью. Новую железную дорогу вдоль Свияги на Ульяновск-Сызрань-Саратов-Сталинград тогда только начали строить. Станцию Куланга в 25 километрах от Русских Берлибаш построили к осени 1942 года. Аммонал и другие взрывчатые вещества строители возили на санях. По дороге и на трассе небольшая часть аммонала рассыпалась на солому в санях. В ноябре эту отраву во дворе поели 18 овец, и к утру все погибли. В нашем домашнем хозяйстве остались только корова и куры. Спросить за эту беду было не с кого. Для нашей семьи она была непоправимой, она стала главной причиной печальной жизни.
До весны 1942 года мобилизованные рабочие и колхозники построили противотанковый ров и огневые пулеметные точки. Мужчины и женщины, работавшие на оборонительной линии, вернулись домой. Долго радоваться домашнему очагу мужчины не смогли: ушли на фронт защищать Родину. Почти все они погибли, жены остались вдовами с детьми.
Наши земляки: более трехсот мужчин и парней, ушедших защищать Родину, с фронтов не вернулись — погибли. В живых остались три раненых солдата, да и те через год умерли. Их жены также остались вдовами, а дети — сиротами.
Источник