И украинская тема, и плевки в могилу, и ложь под знаменами благотворительности, и рассуждения о «грязной России» – это все продуцирование ненависти. И не так уж важно, идет речь о чистом зле или об ответной благородной ярости. Летом, в разгар сезона отпусков и на фоне нежданно пришедшей жары в социальных сетях почему-то особенной популярностью пользуются вечные темы.
Опять под тысячу комментариев набирает набивший оскомину еще 10 лет назад вопрос о том, какой предлог лучше употреблять с топонимом «Украина».
Единственный занимательный факт в этой абсолютно бессмысленной в общем и целом дискуссии: оказывается, даже в 2017 году в России существуют люди, которые считают, что «в» – это всегда по отношению к государству, а «на» – по отношению к местности. Куба и Таити с одной стороны, а Московская область и все остальные субъекты Российской Федерации с другой горько плачут.
***
На Украине, как известно, в последнее время принято бурно радоваться смертям идеологических противников (как будто не все там будем рано или поздно, словно мало примеров того, как Господь рано забирает праведников и позволяет серийным убийцам жить до ста лет).
Общее русскоязычное интернет-пространство России, Украины и огромной диаспоры выходцев из СССР, которых и четверть века спустя практически поголовно считают «русскими», к сожалению, делает эту людоедскую практику распространенной куда шире, нежели границы Незалежной.
Не успел уняться грязный шум по поводу смерти бывшего главреда «Ленты.Ру», «Газеты.ру» и ряда других изданий Антона Носика, как поднялся новый, не менее омерзительный
– из-за смерти бывшего заместителя главного редактора газеты ВЗГЛЯД Юрия Гиренко.
Нет ни малейшего желания вникать в подробности предъявленных Гиренко после смерти «обвинений», тем более что они мало чем отличаются от сформулированного Виктором Пелевиным в «Ампир В» главного принципа межличностной коммуникации современности: продемонстрировать доступ к более престижному потреблению, нежели собеседник. И когда главный герой пытается возразить, что, мол, у него другой круг общения, – это не что иное, как та самая демонстрация.
От того, что Гиренко умер в расцвете лет в Ростове, а его посмертный критик рассчитывает умереть дряхлым в Праге или другой европейской столице, ничего не изменится. Смертны все.
Радоваться чужой смерти – дикость. Кто не понял – тот поймет, возможно, только лишь «царапая край матраса», но все-таки поймет.
***
Еще одна громкая тема прошлой недели, к счастью, не имеет отношения к смерти, но очень ярко демонстрирует то, как правила соцсетей размывают принципы журналистской этики.
Да, я понимаю, что это словосочетание изрядно подпорчено, но, тем не менее, как христианин-грешник знает, какие именно заповеди он нарушает, так и журналист, по идее, должен знать, в чем именно его текст не соответствует принципам этики.
В этом же случае было продемонстрировано абсолютно незамутненное непонимание в стиле «А чо такова?».
Издание «Такие дела» было создано с исключительно благими целями: помогать собирать средства для фонда «Нужна помощь». Но уже второй раз за короткое время этот сайт ловят на лжи и передергиваниях – во имя всего самого лучшего, разумеется.
В прошлый раз это была не подтверждаемая ничем история про проститутку, в свободное от основной работы время руководящую церковным хором.
В этот – непростая и довольно грязная история совместной жизни и расставания легко опознаваемой московской пары была изложена с точки зрения мужа, причем походя раскрывалась медицинская тайна и без каких-либо доказательств выдвигались довольно серьезные обвинения в адрес жены.
Все попытки указать главному редактору «Таких дел» на лживость, тенденциозность и прочие недостатки материала натыкались на полное непонимание.
И только через несколько дней, когда история в изложении другой стороны широко разошлась по интернету, материал был убран с сайта.
Сколько жертвователей потерял фонд «Нужна помощь», сказать сложно, учитывая, что помимо скандала вокруг разрушенной семьи в очередной раз была поднята тема довольно серьезных трат благотворительного фонда на самопиар в лице «Таких дел».
***
Наконец, на прошлой неделе выяснилось, что считающийся одним из идеологов русского национализма писатель Константин Крылов нашу страну, оказывается, ненавидит:
«Россия – чудовищно унылая, грязная, разрушенная, кислотой политая страна, причем везде ОДИНАКОВАЯ. Какое-то ПОДОБИЕ настоящей жизни есть в Москве и Петербурге. И то это «так, дуновение». Все русские города одинаково унылы, грязны, развалены, застроены гипсокартонной мерзостью, везде грязь, бетонные стены (везде одного фасона), шиномонтаж, пацаны в трениках, г…ая еда, г…ая водка, серое небо и прочие «сараи-коровники-мама-мы-в-аду».
И действительно ж так – в аду. И если кто-то гордится тем, что «поездил по России», – это все то же, что и «посидел в тюрячке». Только за пределами России бывает что-то хорошее, и только этим следует делиться».
Впрочем, сформулированные им обвинения настолько абсурдны, что демонстрируют скорее полное незнание современной России, чем ненависть к ней. Потому что и грязь, и треники, и бетон, и некачественная еда, да и коровники в форм-факторе сарая остались там, в советском и раннем постсоветском прошлом.
Для того чтобы увидеть современную красивую Россию, вовсе не обязательно ехать в богатые города вроде Нижнего Новгорода или Казани.
И в Великом Новгороде, и в Пскове, и в Петрозаводске, а также во множестве малых городов, таких как Козьмодемьянск и Юрино, Арзамас и Городец, есть на что полюбоваться. Развивается агротуризм, строятся горнолыжные курорты, спа-комплексы и прочая, и прочая, и прочая.
Пока националисты, сидя в московских кабаках, третье десятилетие подряд спорят с либералами о выборе пути, реальная Россия ушла далеко вперед.
И, кстати, после поездок по европейской глубинке становится ясно, что наша провинция вовсе не так убога, как оно бывает в «просвещенной Европе». Хотя, разумеется, нам есть куда стремиться, что ремонтировать и что строить заново.
Но унылости, грязи и тотального развала – нет.
Впрочем, учитывая, насколько тоталитарно сознание большинства патентованных либералов, в русофобии националистов тем более ничего удивительного быть не может.
***
Все вышеперечисленные истории помимо попыток найти что-то новое в вечных и давно понятных темах объединяет одно. Как говорили в ЖЖ середины прошлого века, «разгадка одна – безблагодатность».
И украинская тема, и плевки в могилу, и ложь под знаменами благотворительности, и рассуждения о «грязной России» – это все продуцирование ненависти в том или ином виде. И не так уж важно, идет речь о чистом зле или об ответной благородной ярости.
«Волкодав прав, людоед – нет» – эта фраза широко разошлась как образец того, что насилие может быть необходимо для защиты Света, Добра и Справедливости.
Но почему-то все сплошь и рядом забывают, что произносит ее у Солженицына человек, считающий, что смерть Сталина стоит гибели миллионов человек (и радиоактивного заражения европейской части России, но этого простой дворник Спиридон мог и не понимать).
Благородная ярость оправдана только в одном случае: когда на страну нападает агрессор.
Когда мы продуцируем ненависть, направленную внутрь, это приводит только к дальнейшему озлоблению общества и заканчивается крайне трагически. Все революции устраивались под лозунгами народного счастья, но приводили к миллионным жертвам.
Поэтому раз уж нам так необходимо о чем-то спорить, давайте действительно обсуждать, какой предлог лучше употреблять со словом «Украина». Это будет капля в общем море ненависти, затопившем эту страну.
А у России еще есть шанс избежать тотального размежевания общества и войны всех против всех, которая ни к чему хорошему привести не может по определению.
