Сельский учитель из Беларуси участвовал во встрече на Эльбе, а в 1987-м договаривался с Рейганом о разоружении: история фото, которое облетело весь мир в 1945-м

Это событие стало мировым событием и главной темой номера «Лайф» (Life), который озаглавил редакционную статью «Конец войны в Европе». Хотя, чтобы добиться этого конца, свои головы в боях еще сложат тысячи и тысячи бойцов. В том числе и некоторые герои той встречи.

Тогда, в 1945-м, еще до холодной войны, солдаты и офицеры были рады встрече друг с другом, понимая, что она приближает общую победу.

Журнал «Лайф» прославил двух лейтенантов

Из множества снимков самым известным стал тот, на котором в крепком рукопожатии изображены два лейтенанта. Кадр был сделан на следующий день после их знакомства на фоне американского плаката «Запад встречается с Востоком».

Подпись к снимку в журнале под рубрикой «Фотография недели» гласила: 25 апреля на реке Эльба близ города Торгау произошло историческое соединение американской и русской армий, когда группа американцев во главе со вторым лейтенантом Уильямом Робертсоном встретилась с отрядом лейтенанта Александра Сильвашко. И далее: «Чтобы символизировать важность события, лейтенанты обнялись. Потом русские достали трофейную немецкую еду и вино, устроив праздник».

25 апреля друг с другом встретились несколько передовых отрядов. Первыми объединились группы лейтенантов Голобородько и Котцебу. И когда отряды Робертсона и Сильвашко еще не соединились, захмелевший Котцебу уже докладывал в штаб, что задача выполнена, с русскими контакт установлен. Но первыми тогда на полосы газет и журналов попали Робертсон и Сильвашко, потому что они попали к американским корреспондентам раньше, чем заночевавший в расположении Красной Армии патруль Котцебу.

Робертсон махал флагом, крича по-русски «американцы» и «товарищ»

19-летний младший лейтенант Уильям Робертсон командовал взводом разведки. Разоружая в окрестностях Торгау сдававшихся немцев, его отряд оказался менее чем в километре от стоявших на другом берегу реки Эльба красноармейцев. Чтобы себя обозначить, Роберстон сделал на скорую руку американский флаг.

«Мы ворвались в первую попавшуюся аптеку и взяли там цветные порошки - красный и голубой. Смешав порошки с водой, нарисовали на нашей простыне пять горизонтальных полос красным и закрасили верхний левый угол голубым», - читаем воспоминания Робертсона в сборнике «Встреча на Эльбе».

Робертсон взобрался на самую высокую башню замка Хартенефельс и начал махать флагом, крича по-русски «американцы» и «товарищ».

«Я не знал, что собой представляет американский флаг, и не знал, как выглядит американский солдат», - признавался уже после войны Александр Сильвашко.

И тут Робертсон принял ключевое решение: послал «джип» за русским военнопленным. Тем временем со стороны Красной армии опять начали стрелять. «Снаряд врезался в башню в 5 - 6 футах (1,5 - 2 метрах. - Ред.) от меня», - говорил Робертсон.

Понять Сильвашко было можно, ведь каждый день они сражались с немцами: «Я попросил лейтенанта Девяткина дать два снаряда из 45-миллметровой пушки. И он дал. Флаг пропал».

Наконец привезли военнопленного. Он высунулся из башни и прокричал несколько фраз. Стрельба прекратилась. Американцы и русские двинулись на встречу друг другу. Встреча состоялась на полуразрушенном мосту.

Первым до Робертсона дошли Сильвашко и сержант Николай Андреев. К сожалению, сержант до Победы не дожил, погиб при взятии Праги.

Американцы сошли на берег и там попали в объятия союзников.

«Мы не понимали друг друга, но единство чувств было очевидно. Русские все подходили и подходили. Один из них выставил ящик трофейного провианта - сардины, консервированное мясо, печенье, шоколад. Появились шнапс и вино. Мы произносили тосты в честь друг друга».

Робертсон удивился, что красноармейцы носили награды на полевой форме и почему-то были без касок. И на том самом знаменитом снимке Робертсон в каске, а Сильвашко блистает шикарной шевелюрой.

«Некоторые были в бинтах - несмотря на ранения, они продолжали воевать. (...) Мы обменялись сувенирами - нашивками, знаками отличия. Я обменялся наручными часами с русским капитаном, который после Сталинграда был пять раз ранен. Какой-то солдат отдал мне свое золотое обручальное кольцо».

В тот же день с ответным визитом к американцам вместе с Сильвашко отправились замкомполка Ларионов, комбат Неда и сержант Андреев. Ларионова и Неда за такое самовольство позже исключили из партии.

«Робертсон доложил, что приехали русские офицеры. Был очень торжественный прием, и хороший ужин перешел в ранний завтрак», - вспоминал Александр Сафронович.

«50 лет работал в школе»

До войны Александр работал в райкоме комсомола Черкасской области Украины. В начале войны ушел в партизаны, а в 1942-м присоединился к армии. Воевал в 8-й стрелковой роте 173-го стрелкового полка. Дважды был ранен, один раз контужен. Был награжден орденами и медалями. После встречи на Эльбе он прошел с боями Дрезден, Прагу, а закончил войну в Чешске-Будеевице.

После войны вернулся в родную украинскую деревню, но вскоре переехал в Беларусь. «Меня заставил приехать голод. Туго пришлось, и я поехал менять вещи на продукты. Предложили (боевые товарищи. - Ред.) остаться. Более 50 лет я проработал учителем и директором школы», - рассказывал «Комсомолке» еще при жизни Александр Сафронович.

После войны Александр Сильвашко жил простой жизнью, никто о нем как о человеке с той легендарной фотографии и не вспоминал. И только в 1975 году, спустя 30 лет, на международном уровне решили провести встречу ветеранов. На том самом месте - в немецком Торгау. И снова обнялись Сильвашко и Роберстон.

«После войны Роберстон стал известным нейрохирургом, профессором, владельцем частной клиники. Мы с ним нередко встречались в Торгау, да и в США я два раза ездил, когда в 1986 - 1987 годах, когда между Штатами и СССР только начали налаживаться отношения после холодной войны. В 1989-м американские ветераны приезжали ко мне домой».

Канзас и Даллас присвоили Александру Сильвашко звание почетного гражданина города. В 1987 году Сильвашко был включен в состав делегации СССР во главе с Михаилом Горбачевым. Они отправились в Вашингтон на переговоры с Рональдом Рейганом о сокращении ракет средней и меньшей дальности.

Александр Сильвашко прожил счастливую семейную жизнь. У него родились две дочери, внуки.

Когда в начале 2000-х от немецкого города Торгау ему выделили ежегодное пособие в 1200 евро, мы спросили, каково ему получать деньги от побежденных.

«Я воевал не против немцев, а против фашизма, - сказал нам Александр Сафронович. - Я вот только вернулся из Торгау, где был на праздновании 60-летия встречи на Эльбе. Вы знаете, удивился. Ко мне в гостиницу пришла пожилая женщина, местная жительница, которая сказала, что впервые меня увидела в мае 1945-го и до сих пор помнит. Сказала: "Спасибо вам".

Билл Роберстон умер в 1999-м в Лос-Анджелесе, а Александр Сильвашко в 2010-м (на 88 году жизни) в деревне Морочь Клецкого района.

КСТАТИ

«Когда я увидел на столе бутылки с водкой, то понял, что мне пришел конец»

Старший лейтенант Билл Шанк рассказывал позже, что встреча с русскими на Эльбе - самый незабываемый день в его жизни. А уж какими товарищи по оружию были хлебосольными...

«Нам подали макароны с мясом, колбасу, копченую рыбу, мясо в тесте, черный хлеб, крутые яйца, горячее какао и печенье. На столе были расставлены бутылки водки, перед каждым стоял наполовину наполненный стакан. Стоило сделать глоток, как один из одетых в голубые гимнастерки официантов протягивал руку из-за плеча, подливая еще водки. Не желая показать, что не в силах тягаться со своими русскими хозяевами, я незаметно выливал содержимое стакана в сапог. Официанты тут же заново наполняли его».

Но на этом испытания Шенка не закончились. Наступило утро.

«Когда я увидел на столе бутылки с водкой, то понял, что мне пришел конец. Но не мог же я уронить честь американского разведчика. Я выпил и понял, почему у русских принято опохмеляться. Голова прояснилась, и я почувствовал себя просто замечательно».

Вывод из всего этого он сделал такой: «Если бы все люди общались так же, как мы во время встречи с русскими, не было бы никаких войн».