«Любера»: что стало с группировкой, наводившей ужас на Москву

На гербе подмосковных Люберец изображена устремленная ввысь звезда, символизирующая Юрия Гагарина, окончившего местное ПТУ. Есть у города и альтернативный герб. Это треугольник с пересекающей его штангой и надписью «Любер» внизу. Те, кто избрали его своим символом, прославились в России не меньше первого космонавта.

Подмосковные вечера

Культуризм обрел популярность в Люберцах в 70-х годах прошлого века. По слухам, молодые люди, увлекавшиеся бодибилдингом, регулярно собирались за городом на местном пляже. Мрачный индустриальный пейзаж и тяжелая атмосфера промышленного городка породила и особую ментальность. Как и в сотнях других городов России, в молодежной среде вольготно чувствовали себя бритоголовые, не обремененные интеллектом агрессивные «качки».

В начале 80-х Москва представлялась молодым обитателям Люберец этаким городом порока. Делом чести было посетить современный “Вавилон” и, наказывая «нечестивцев», заодно “обуть” их на деньги. Тягу к странствиям подстегивали и нехитрые по сравнению с мегаполисом варианты проведения досуга.

Москва, дрожи!

Примерно с 1983 года поездки “гопников” в Москву обрели идеологический смысл. Недалекие ребята считали, что плакатные советские образы достойны того, чтобы стать моделью их собственной жизни. Важной для них была лишь оболочка, а не содержание. Одежда, прически, стиль поведения всей российской молодежи должен быть калькой со среднестатистического подмосковного люмпена.

Рейды в Москву стали массовыми и регулярными. Тогда и зародилось движение, названное позже “люберами”. Особенно часто шпана тусовалась на Крымском мосту, ведь ЦПКиО имени Горького был излюбленным местом сбора московских “металлистов” и панков. Они, а также скейтбордисты и поклонники брейк-данса были основной мишенью “люберов”.

Все эти неформалы, с точки зрения молодежи Подмосковья, были “неправильными”. Носителей проклепанных курток, напульсников, странных причесок и значков следовало избивать, заодно вытрясывая из карманов несчастных всю мелочь. Начало эпохального 1987 года ознаменовалось в Москве особо масштабными столкновениями.

Именно на эпоху перестройки пришелся пик популярности молодежных субкультур. Как и во всем цивилизованном мире, наши молодые, тогда еще советские, люди получили возможность самовыражения. Парни и девушки возненавидели коммунистический официоз и взяли за образец все, что шло с Запада. Их полной противоположностью были “любера”. Спортзал был для них основным, помимо уличного хулиганства, способом времяпрепровождения.

Сшей мне, мама, клетчатые брюки

Тягали штангу ребята в основном в подвалах. Зимой 1987 года милиционеры обнаружили в небольшом городке около 50 тренажерных залов. По слухам, во многих подвалах были низкие потолки, и качки решали эту проблему, выкапывая ямы прямо посреди спортзала.

По свидетельству бывших “люберов”, к 1988 году в движении сформировалось две основные группы: те, кто был ориентирован на спорт, и те, для кого стали главным драки и мелкий криминал.

Как в любой субкультуре, внешний вид “люберов” отражал внутренние “идеалы” и помогал видеть собратьев в уличной драке. Тренировочные штаны, короткие прически, ремни с тяжелой пряжкой. Особой популярностью пользовались футболки с киногероями а-ля Рокки, кустарно сделанные разрешенными в позднем СССР кооператорами.

В холодное время года образ «любера-гопника» дополнялся телогрейкой и широкими штанами в клетку, ставшими самым известным их атрибутом. Уродливое изделие советской легкой промышленности как бы противопоставлялось западным джинсам. Особым шиком считалось ношение “телаги” с армейским ремнем, удобно применявшимся в драке как импровизированный кастет или палица. На голове вязаная шапка с неприличным названием “пидорка”. Часто образ дополнял запредельно дикий при общем засилье коммунистической символики значок с Лениным.

От рассвета до заката

Пик популярности “люберов” был пройден к 1990 году. Одновременно закончилась и массовость неформальных субкультур. По сути, “любера” были мелкими уличными хулиганами, под которых, по слухам, КГБ СССР подвел нехитрую идеологию и внешние атрибуты. Есть версия, что с помощью крепких парней из Подмосковья было проще контролировать неформалов.

К середине 1990-х вместе с субкультурами почти исчезла и вражда между ними. Многим уже стало не до длины волос или рисунка на брюках – кто-то ушел в бизнес, кто-то просто старался выжить в те голодные безденежные годы.

Многие подросшие «любера» переключились на крышевание мелких коммерсантов. Нападения на “металлистов” и панков сменились разборками с предпринимателями. Многие вожаки впоследствии влились в Люберецкую ОПГ – одну из самых авторитетных и могущественных в те годы. По слухам, до 80 % “люберов” в 1990-е стали “пехотой” – рядовыми бойцами в криминальных структурах, а затем те, кто выжил в те лихие годы, закономерно перешли в легальный бизнес.