Журналист The New Times, пострадавшая при нападении на автобус с журналистами и правозащитниками Александрина Елагина о цели нападения: «Мы разговаривали с коллегами и пришли к выводу, что все-таки это был такой перформанс устрашения: «Посмотрите, мы можем и это». То есть мы уверены, что о нашем присутствии в Республике Чечня было известно заранее, и с момента прилета за нами следили. И те, кто совершал эти преступления, прекрасно знали, что среди нас есть и журналисты, и правозащитники, и иностранные журналисты. Я думаю, что если бы у них стояла цель уничтожить нас, то нас быстрее бы убили, давайте говорить честно. А тут был такой перформанс с горящей машиной на дороге в 500 м от границы, на территории Ингушетии, чтобы подозрение попало на эту Республику. Все очевидно, но угрозы-то были именно о нашем присутствии в Грозном».О причинах и последствиях нападения: «Возможно, мы разговаривали с людьми, которые имеют информацию о конкретных людях, которых пытали, и все-таки такое освещение событий…
