Кремль медленно убивает Навального в тюрьме: мир не должен допустить этого – The Washington Post
Существует много способов убить оппонента. Иногда это делается открыто. Часто — с помощью методов, направленных на поддержание правдоподобного отрицания, таких как отравление. Иногда случаются промахи, как в случае с автором этой статьи и, что является самым известным случаем, с борцом с коррупцией Алексеем Навальным, который в прошлом году пережил отравление химическим оружием, связываемое с ФСБ.
Об этом пишет в статье для The Washington Post Владимир Кара-Мурза, информирует UAINFO.org.
Выздоровев за границей, Навальный — в настоящее время самый известный противник президента России (страна-агрессор — согласно Закону Украины от 20.02.18) Владимира Путина — вернулся в Россию в январе только для того, чтобы быть заключенным в тюрьму властями по ложному обвинению, которое уже давно опровергнуто Европейским судом по правам человека. Теперь Кремль снова пытается убить его — на этот раз медленно и мучительно, в заключении в колонии строгого режима ИК-2 в Покрове, примерно в 50 милях к востоку от Москвы.
Навальный обычно не из тех, кто жалуется. Что бы с ним ни случилось — будь то его многократные аресты, зеленка, которую ему плеснули в глаза, что едва не стоило ему зрения, или почти смертельное отравление в прошлом году — он принимает это, не теряя выдержки и настроения. Поэтому, когда он начал испытывать острую боль в спине около месяца назад, еще находясь в следственном изоляторе, то промолчал. Но на протяжении всего процесса он стоял, потому что сидеть ему было слишком больно.
Сигналы тревоги зазвучали на прошлой неделе, когда власти не позволили адвокатам Навального Ольге Михайловой и Вадиму Кобзеву встретиться с ним в покровской колонии. Когда они, наконец, получили доступ к своему клиенту, то увидели человека, который едва мог ходить , с трудом вставал с постели, не чувствовал свою правую ногу и страдал от острой и постоянной боли в спине.
«Сам Навальный запрещал нам рассказывать об этой истории публично, но мы решили сделать все публичным», — написал Кобзев.
«Человека делают инвалидом», — добавила Михайлова.
Другое описание подобрать сложно. Тюремная администрация не только отказывает гражданским врачам в возможности посетить Навального. Она также отказывается принимать лекарства от боли в спине — или даже рукописную инструкцию от врача с упражнениями.
Поскольку его не осматривали врачи, диагноз неизвестен, но среди вероятных причин — защемление нерва из-за содержания в тесных автозаках и тюремных камерах, а также долгосрочные последствия прошлогоднего отравления.
Кроме того, тюремщики Навального сочли, что в его случае высок риск побега (и это про человека, который добровольно вернулся в Россию, несмотря на то, что ему грозил арест). Это означает, что ночью его будят каждый час тюремные охранники, что равносильно пытке лишением сна.
Жестокое обращение с Навальным вызывает в памяти ужасные воспоминания о бывших политических заключенных Советского Союза и России, которые погибли в современной системе ГУЛАГа из-за преднамеренного отказа в медицинской помощи. Навальный — не только политический заключенный, что было признано Советом Европы и ведущей российской правозащитной организацией «Мемориал» (он входит в число 377 человек, которые сейчас находятся в списке). Он также является личным узником Путина.
Его «преступление» состоит в том, что он имеет упорство создавать политическую оппозицию в стране, где ее существование не предполагается. В системе, где государство контролирует все — от телевизионных сетей до доступа к избирательным бюллетеням и регистрации партий — он сформировал популярное (и в подавляющем большинстве молодежное) движение, которое бросает вызов власти Путина, подрывает утверждения о том, что его правлению нет альтернативы, и бьет режим по его самому слабому месту: по коррупции.
Ответные меры Путина теперь осуществляется тюремщиками Навального — среди этих мер лишение сна, постоянная боль и отказ в медицинской помощи, что несколько сотен российских врачей назвали в открытом письме на прошлой неделе «сознательной пыткой».
Остановить это может только одно: прямое личное вмешательство лидеров западных демократий. Пытки и ненадлежащее обращение неприемлемы в любом случае, даже в отношении настоящих преступников, не говоря уже о человеке, заключенном в тюрьму за свои политические убеждения. Это нарушение всех договоров и конвенций, которые подписала Россия.
Личное заступничество западных лидеров помогло спасти жизни (и свободу) многих политических заключенных как в советские времена, так и в последние годы. Президент Байден попал в заголовки газет, озвучив правду, когда назвал Путина «убийцей». Теперь в его власти снять трубку и обеспечить, чтобы список жертв не пополнился другим именем.