Иногда всё меняется не от больших решений, а от одной простой мысли о том, что случившееся можно описать иначе.Этот момент редко выглядит драматично. Он может случиться посреди разговора, между фраз, в тишине после вопроса. Человек вдруг замечает, что история, в которой он живёт, не единственная. Что то, что казалось фактом жизни , на самом деле было версией. И что у него есть право переписать её.История как форма пленаДо этого момента жизнь ощущается как данность: всё уже решено, всё объяснено. Я такой , у меня так всегда , это моя судьба . Эти фразы звучат спокойно, но внутри них замкнутость. Они как стены: защищают, но не дают выйти.Пока человек не видит возможности другого рассказа, любая боль становится вечной. Только язык способен разомкнуть это кольцо слово, сказанное иначе, вдруг открывает дверь. И эту дверь не нужно открывать силой, достаточно просто заметить, что она есть.Первое движение: увидеть рассказПересочинение начинается не с решения думать позитивно , а с наблюдения: какие ...
