Пока на одном конце Большой Дмитровки разыгрывается драма с (не)выпуском мировой премьеры «Нуреева», на другом конце улицы Станиславский тихо продемонстрировал, что премьера сезона может принадлежать ему. Новый вечер одноактных балетов ознаменовал первые полгода руководства Лорана Илера. Француз, впервые возглавивший русскую труппу после Петипа, привез иносказательную речь и иносказательные идеи, хотя на первый взгляд они и не кажутся революционными. Для своей инаугурации он выбрал неоклассическую «Сюиту в белом» Сержа Лифаря, «Маленькую смерть» Иржи Килиана и «Вторую деталь» Уильяма Форсайта. Эта тройчатка хорошо известна в России. Но знаковый французский балет, созданный нашим соотечественником Лифарем, исполняли здесь только на гастролях носители стиля, а «Вторая деталь» шла в Перми, а не в Москве. И, что важнее, для любой российской компании эта звездная команда хореографов ХХ в. – сложнейшее испытание, к которому готовятся годами, предварительно выровняв кордебалет и собрав команду солистов-виртуозов. Илеру же досталось совершенно деморализованное войско, руинированное массовым отъездом солистов и кордебалета, утратившее и свою историческую традицию – драмбалетную, основанную на сочной и подробной актерской игре, и обретенный 10 лет назад вкус к новой европейской классике. Французский худрук не стал отправлять свою труппу в первый класс точить батманы, а сразу определил масштаб своих амбиций.
