Жислен Буланже, размышляя о травме, сосредотачивает свое внимание не ранней детской травме, а на катастрофе, случившейся со взрослым человеком, чье Я не просто травмировано, а как будто выбито из-под себя самой реальностью, лишено привычной опоры на внутреннюю непрерывность, телесную целостность, способность чувствовать и быть с другими в живой связи. Буланже берет конкретные клинические истории парня, избитого полицейскими, ветеранов войны, жертв насилия, женщину, пережившую убийство дочери, и показывает: травма во взрослом возрасте не сводится к повторению детского , она подрывает сами основания уже сложившейся самости, заставляя пересмотреть центральные допущения психоаналитической метапсихологии.В качестве клинической иллюстрации Буланже приводит случай успешного бизнесмена, который спустя полтора года после того, как на него по ошибке напали полицейские, описывает свою жизнь как столкновение со стеной: вперед нельзя, назад нельзя, время застыло, мир стал пустым и чужим. Он говорит ...
