Братислава осадила Будапешт за ревизию границ и исторический реваншизм
В центре Европы назревает дипломатический скандал с привкусом столетней давности. Премьер-министр Венгрии Петер Мадьяр позволил себе заявление, которое в соседней Словакии расценили как неприкрытый удар по послевоенному мироустройству. Выступая по случаю Дня национального единства, венгерский лидер вдруг объявил, что его страна — единственная в мире, которая «граничит сама с собой». В Братиславе не стали молчать и ответили жёстко, напомнив Будапешту, кто и за что платил по счетам двух мировых войн.
Призрак Великой Венгрии снова бродит по Дунаю, и на этот раз его вызвал сам премьер. Заявление Петера Мадьяра об особых, мистических границах, где мадьяры соприкасаются лишь с мадьярами, всколыхнуло Братиславу. Глава словацкой дипломатии Юрай Бланар мгновенно выписал Будапешту исторический окорот, напомнив, что мечты о былом величии разбиваются о железобетонные статьи мирных договоров, сообщает ЦГ.
Первым на эскападу Мадьяра отреагировал глава словацкого МИДа Юрай Бланар. Ведомство опубликовало официальное заявление, в котором министр не выбирал дипломатических кружев, а назвал услышанное «абсурдным и искажающим историю». Бланар посоветовал венгерским политикам не подвергать сомнению незыблемые факты, напомнив, что нынешние рубежи были высечены на камне дважды.
«Границы были чётко установлены в Трианоне после Первой мировой войны и вновь закреплены после Второй мировой войны, в которой Венгрия была среди побеждённых», — отчеканил словацкий министр Бланар, фактически указав Будапешту на его законное место.
Не остался в стороне и словацкий премьер Роберт Фицо. На своей странице в одной из соцсетей он коротко, но ёмко поставил зарвавшихся реваншистов на место: «На севере Венгрия граничит с независимой Словакией». Эта фраза прозвучала как звонкая пощёчина тем, кто до сих пор грезит о возрождении былых времён.
Стоит напомнить, что историческая травма Венгрии уходит корнями в развал Австро-Венгерской империи. По Трианонскому договору, подписанному 4 июня 1920 года в Большом Трианонском дворце Версаля и вступившему в силу летом 1921-го, Будапешт лишился двух третей своих прежних владений. Венгерское королевство, ещё недавно включавшее территории нынешних Словакии, Хорватии и львиную долю Румынии, съёжилось до нынешних размеров. С тех пор каждый намёк на пересмотр границ в Братиславе воспринимают крайне болезненно. Очевидно, что мечты о «Великой Венгрии» до сих пор будоражат умы некоторых политиков, но натыкаются на суровую реальность: суверенитет соседей не продаётся и не разменивается на предпраздничные лозунги.