Но снилось ли нынешним топ-моделям даже что-то близкое к кругу общения Памелы, тогда – Мисс Пи? Джим Моррисон и Мик Джаггер, Джимми Пейдж и Роберт Плант, Кейт Мун и Пит Таунсенд, Фрэнк Заппа и Кэптэн Бифхарт в 60-е. Вилли Нельсон и Боб Дилан, Чарли Бронсон, Роман Полански и Марлон Брандо, Вудди Аллен и Дон Джонсон в 70-е. И целых три битла! В наши новые времена – Слеш, Дэйв Наварро (автор прочувствованного и чувственного предисловия к переизданию ее книги), Игги Поп, Томми Ли, Бек, покойный Майкл Хатченс… Топ-модели уже нервно перекурились в сторонке – а в список все равно можно вставлять всех знаменитых, вряд ли ошибетесь. Родилась Памела в обычной семье, самое американское детство. Но уже тогда два вектора дали о себе знать – тема бунта в виде первой любви к главному хулигану в школе, разбившемуся потом, как Джеймс Дин (фото Дина было у нее в кошельке еще долгие годы) и осознание свой женственности (впервые – когда родители позволили самостоятельно побрить ноги). И понеслось… Обычное детство переходит в обычное отрочество. И, отнюдь не уходя во все тяжкие (возвращается домой до комендантского часа любимой мамы, долго не расстается с девственностью), Памела из родного городка, пока еще скорее имаджитивно-виртуально, уходит в другой мир. Мотается на все концерты, заводит первые знакомства со звездами, закручивает спираль романов, пробуется на роли в фильмах (тут история неудач: если ее брали – фильм терял финансирование или проваливался в прокате, если играла роль в успешным – ее часть вырезали). С подругами она формирует GTO. - то, что при первом приближении можно назвать группировкой группи, а более прозорливые люди (их «курировал» и вдохновил на запись диска сам Заппа, со всей семьей которого Памела долгие годы тепло дружила) называли мультимедийным объединением. Она стала богемной и «freefreefree» (ее экспрессивный стиль и сейчас недалеко ушел от восклицательности девичье-фанатского дневника – и есть в этом хорошая искренность). Соседи и знакомые по Реседе, району Лос-Анджелеса, у которых уже работы и семьи, начинают коситься, но, замечает Памела с высоты лет, «and guess what? They’re probably still in Reseda… and it servers them right». Тем более что как усидеть ей подростком к 20 годам на месте, когда начинается буря и натиск 60-х, со всем их «луками» и «безумием»? Эпоха же была на дворе. Когда люди знакомились, просто идя навстречу друг другу по Стрипу и улыбаясь «with that knowing “sixties” look». Легко или не очень сходили с ума, называя ребенка Годо и коллекционируя лягушек. Тем временем она уже тусуется со всеми, Мик Джаггер первым делом звонит ей и ищет ее общества, приехав с концертами в Город потерянных ангелов, Джимми Пейдж очаровывает романтичнейшими ухаживаниями, Кейт Мун, наоборот, пугает своим безумием и промышленными масштабами потребляемых веществ, а Джим Моррисон, проезжая мимо с друзьями, машет и останавливается. Да что там, первый, еще не вышедший альбом Doors она услышала, когда оказавшийся соседом Джим поставил его в соседнем бунгало! Кстати, при всей своей наивности и восторженности еще даже не 20-летней восторженной фанатки, Мисс Пи весьма прозорлива, дает точные характеристики тому же Моррисону и не только. Джим выбрасывает ее наркотики, бережно к ней относится, но прекращает роман с ней, потому что, несмотря на то, что их отношения с его тоже Памелой были «of the stormy nature», он «turned out to be very much a one-woman man». Ринго Старр оказывается совершенно «без пафоса», «believe it or not». А грозный и ужасный Элис Купер в молодости вообще напоминает ангела – «he was virtuous indeed, their blossoming romance was right out of a twenties movie, all innocence and flushed cheeks». И сама Мисс Пи расцветала с каждым услышанным риффом, от всех этих шестидесятнических вайбов. «I also believed that for every drop of rain that fell, a flower grew», и «the universe rolled out in front of me like one of those magic carpets made of flower seeds that cost $9.95 in the Gardening Made Easy. catalogs my mom gets in the mail». Но сказка 60-х быстро закончилась. Моррисон, как и другие великие J, умер. Джимми Пейдж из херувима-джентльмена превратился в тяжело сидящего фаната Кроули. Нет, фан еще был, но отнюдь не такой добрый – разнесенные номера, виски с утра, кокаиновые шоссе 666 в никуда… В целом же у Памелы ничего не вышло ни с GTO, ни с Лондоном, ни с кино. И, опять же в духе 60-х, она ищет себя и Бога – диеты из соков, еженощные медитации в японском храме, карты Таро. Кстати, еще одна книга, которую она хотела написать после своих мемуаров – именно о своих (взаимо)отношениях с божественным. Конец же, ровно как в песне Verve, это bitter sweet symphony. Так многие умерли, с единственным мужем они разошлись. Но – она известная рок-журналистка и автор, у нее прекрасные отношения со всеми своими кумирами. И она наконец-то познакомилась с четвертым битлом!
