— Что такое агильность и как это связано с популярной темой agile?. — Хороший вопрос, в котором надо разобраться. На мой взгляд, у нас часто происходят невероятные мутации смыслов и понятий, которые подхватываются социальными сетями и различными сообществами и порождают «хайп», сводя любые здравые начинания на нет. Давайте я расскажу Вам следующее: лет 25 назад в одной западной стране ученые озаботились тем, как будет выглядеть организация будущего, имеющая постоянное и недостижимое преимущество. Люди пригласили философов, теологов, биологов, физиков, социологов, психологов, экономистов и математиков, потратили около десяти лет, море денег и сил на построение математических моделей и проведение натурных испытаний. Результатом их работы стало понимание о так называемой «агильной организации», которая великолепно адаптируется и результативно реагирует на изменения среды. Было это сделано в военном секторе США. Потом появились первые консультанты в бизнес-среде, которые стали говорить про «агильность» (agility) и агильные организации (agile organizations). Могу сказать, что мне ближе всего определение 1995 года от Голдмана, Найджела и Прейса: «Агильность означает быть полезным клиенту и способствовать его процветанию, быть готовым к изменениям, осознавать ценность знаний и навыков людей и формировать виртуальные партнерства». Тем временем блестящие умы не спали, а искали ответ на вопрос о том, как спроектировать такую организацию, как построить компанию, которая всегда будет передовой. Нет, результатом их работ не стало «проектное управление по agile», которое теперь радостно всеми распродается. Результатом их работы стало понятие о том, что такое коллективный интеллект, и разработка методологий, позволяющих автономно управлять социальными объектами. Это, конечно, история не для слабонервных и «многабукв», но мне бы хотелось, чтобы наши читатели осознали разницу: агильная организация (agile organization) – это адаптивность, готовность к постоянным изменениям, это культура работы с информацией, когнитивным потенциалом и сетевая организационная структура компании. Это не имеет ничего общего с применением «лучших практик» по гибкой разработке программного обеспечения к непрофильным задачам в бизнесе – модным agile. В агильной организации может не быть спринтов, скрам-досок, «оупенспейсов» и т.п. Гибкая разработка продукта (agile-методология) неплохо применима для подразделений, которые заняты созданием «простых штук», где возможно обойтись группой в 12-15 человек. Обращу внимание, что такая инженерная корпорация как НАСА после испытаний пришла к выводу, что проектное управление по agile не обеспечивает ряд требований по комплексности и безопасности. В итоге получается, что агильная организация — это коллектив, который умеет работать как информационно-сетевая структура. — А что уникального в такой информационно-сетевой организации?. — Самое важное в такой организации – это коллективный когнитивный потенциал людей, отсутствие иерархии и мастерство применения информационно-коммуникационных технологий (ИКТ). Представьте себе компанию, в которой два СЕО, один их них – машинный алгоритм («робот»), в которой менеджмент среднего звена и ряд иных административных функций – это тоже машинные алгоритмы. А все сотрудники равны в формальном статусе, и должности они не имеют, но зато имеют рейтинг агильности, который и определяет то, в каких задачах эти сотрудники «чемпионы», и в каких командах они будет результативны и счастливы. В таких компаниях нет искусственных лидеров. В них создаются условия для проявления естественных талантов людей. Люди в общем-то не любят, чтобы ими управляли. А им все время ставят контролеров, да еще и одержимых самореализацией через тщеславие и эгоизм. Такие компании свободны от «отрицательного отбора» — когда ключевые процессы начинают зависеть от некомпетентных и незаинтересованных в результате сотрудников. Это организации, где работают единомышленники. — Но как же иерархия? Мы же живем в России. . — Поговорим о кортизоле. Этот гормон вырабатывается во время стресса, ускоряет устаревание клеток в организме и его общий износ. Выброс кортизола и мозг, и организм «помнит» 3 года. Вдумайтесь в это. Так вот иерархия – это огромная фабрика роботизированных людей, которая работает на кортизоле. Любые беседы о непреходящей красоте иерархий обычно исходят от людей, которые ничего не знают о реальной биологии, социологии, когнитивистике и настоящем управлении. Их «опыт» показывает, что подавление воли, навязывание решений и система наказаний – это очень эффективно. На самом деле иерархии превращают живые сообщества людей в примитивные механистические симулякры. Иерархия как система управления снижает разнообразие типов мышления, а значит создает «коллективный мозг» с одной, максимум тремя извилинами. Когнитивный потенциал такой организации деградирует, с информацией и рисками такая организация справляется крайне неэффективно – она их просто не «распознает или не знает о них». Воли к действию в такой организации нет, никто не хочет повышать уровень кортизола и просто-напросто ждет выходных. Если бы ваш организм управлялся иерархически, вы не то что подумать о чем-то не успевали бы, вы бы не справились даже с силой гравитации и только и могли, что ползти – и то в лучшем случае. Если вы участвуете в соревновании «кто быстрее доползет до черты» — тогда, конечно, можно оставить иерархии и «кортизоловый менеджмент». Если Вы участвуете в наступившем веке и хотите быть конкурентоспособной организацией в мире компаний, которые «всегда передовые», то придётся узнать и принять новое, и это будет «многабукв». В России уникальный и содержательный идейный код, наш способ мышления, во многом обусловленный языком, способен создавать информационно-идейные парадигмы, которые перезагружают глобальный контекст, но… мы вцепились в изобретение, которое катастрофически устарело: иерархия не работает в мире, в котором мы уже живем. Мне жаль, если все будет потеряно из-за невнимательности, лени и нежелании разбираться в том, какие изменения необходимы нам и нашим организациям. На самом деле, я часто сталкиваюсь с тем, что у нас предпочитают обращаться к неофитам за советами вместо того, чтобы серьезно заниматься развитием. Нанимаются специалисты, которые провели свои первые «хакатоны по agile» 1,5 года назад, но при этом полностью игнорируется реальный мировой и отечественный опыт длиной в 30 лет. Но к нашему вопросу: быть иерархией – значит ползать, на кортизоле в 21 век не въедешь. — Как стать информационно-сетевой организацией?. — Любое «стать» начинается с честного разговора о себе. Организации должны принять тот факт, что у них есть сотрудники, которые – о боже! – дают обратную связь. И уметь настраивать с ними «hi-tech диалог», а не заливать все корпоративными коммуникациями и яркими слоганами на конференциях. В среднем процесс перестройки в информационно-сетевую организацию занимает 2-3 года. Мы разработали ИТ-платформу, которая сопровождает организацию в подобной трансформации и помогает развивать людей, коллективы и уровень агильности. Чтобы дать возможность всем лучше понять себя, в этом году мы запускаем общенациональный конкурс для организаций. Сейчас подробнее говорить о нем я не могу, но заранее приглашаю к участию и коллективы, и их руководителей, тех, кто по-настоящему хочет развивать свою компанию. — Расскажите, пожалуйста, подробнее о Вашем проекте.. — Начало проекту было положено в 2001 году, когда я работала по теме информационного общества. Тогда эту тему воспринимали как разговоры о полётах на Марс, большая часть дискуссий была сведена к обсуждению технологий доступа к интернету. У меня была возможность обдумать эту тему, и в процессе стало ясно, что информационное разнообразие и серендипность (serendipity), которые обеспечат ИКТ и интернет, создаст совершенно иной тип общества, новый тип людей и необратимо изменит политику и экономику. Наш проект был создан в 2014 году. Моментом основания стало наличие методологии и уверенность в том, что это нужно и такого больше нет. Безусловно, важное обстоятельство – я нашла очень хорошего партнера и инвестора Александра Рабиновича. Его интересовал не растиражированный финтех, не блокчейн, в который уже побежали все крупнейшие мировые финансовые сети, его интересовало то, что будет после этого. Довольно мало людей, с которыми есть возможность говорить о том, что опережает на 2-3 года все, что есть на рынке. Когда мы начинали, многие убеждали меня в том, что нужно убрать такие слова, как «цифровая экономика», «агильность», потому что они никому не понятны. Но я знала, что через полтора-два года эта тема станет в России востребованной. Если говорить о мотивах: я не люблю управлять людьми. Мне кажется, желание управлять людьми – это пункт для психоаналитика. Здоровый человек формируется тремя инстинктами: размножение, познание и инстинкт счастья. Я решила создать инструмент, который поможет организациям стать агильными и иметь «постоянное и недостижимое другими преимущество», сможет помочь им не рассыпаться на пути в 21-й век, а стать основой для новой цифровой экономики и дать людям больше возможностей быть востребованными и счастливыми. Компании по сей день не осознают ценности и уникальности каждого их сотрудника и теряют на этом собственную эффективность, затормаживая общий социальный прогресс. Как Вы считаете, это допустимо?
