Фирменная черта альмодоваровских фильмов — это неприкрытый китч на грани фола, выверенный до мелочей, который режиссер оттачивает в каждом своем новом фильме. В раскрепощенный постфранкистский период, более известный как «мовида», в консервативной Испании появилось немало талантливых людей вроде Альмодовара, которые постепенно начали преображать патриархальную страну, но при этом не забывали о национальном колорите. Творчество Альмодовара тесно связано с ментальными особенностями испанцев. В его эстетике отчетливо заметно влияние барокко, поэтики эсперпенто, театра Валье-Инклана и фильмов гениального соотечественника Буньюэля. Соединение трагического и фарсового начала тоже можно отнести к истинно испанскому проявлению. Яркая цветовая гамма и фонтанирующий поток человеческих страстей стали элементом фирменного стиля Альмодовара. В фильме «Женщины на грани нервного срыва» режиссер создал удивительный, полный абсурда и красок мир женщин. Женщины — еще одна любимая тема Альмодовара. Его смело можно назвать режиссером, который приблизился к разгадке сложной женской натуры. У него есть свои любимые актрисы, которые кочуют вместе с ним из картины в картину — одной из его любимых актрис была Кармен Маура. К сожалению, ему пришлось с ней расстаться сразу после съемок фильма. По признанию самой актрисы, из-за непреодолимых творческих разногласий. У них был долгий и тесный период общения, еще со времен театральной группы Los Goliardos, где они и познакомились. В дальнейшем, пара совместно собирала деньги на первый фильм с пикантным названием «Частые эрекции» («Erecciones generales»). Роль «Пепы» стала жемчужиной в карьере Кармен Мауры — она сыграла отчаявшуюся женщину, на которую свалились все неприятности одновременно. За эту роль актриса получила награду от Европейской кинопремии. Кроме того, в картине сыграл молодой Антонио Бандерас (Карлос), в роли сына Ивана. Его образ получился очень открытым и даже невинным, что совсем не вяжется с его будущими кино амплуа. Другое дело, когда начинаешь осмысливать характеры героинь в фильме «Женщины на грани нервного срыва». Все они самобытны и, возможно, представляют собой некий собирательный образ разных женщин — немного сумасшедших, где-то наивных, озлобленных на мужчин, порой истеричных, влюбленных и отчаянных. Мужчины в этом фильме кажутся второстепенными и какими-то блеклыми, особенно на фоне ярких, запоминающихся образов героинь. Пепа — героиня Кармен Мауры, доведенная до нервного срыва из-за необъясненности со своим бывшим любовником, образовывает вокруг себя целый водоворот из, казалось бы, несвязанных друг с другом событий. Поджигает собственную кровать (и наслаждается этим!), усыпляет домашним гаспачо (холодный томатный суп) полицейских, чтобы прикрыть свою наивную подругу Канделу (Мария Барранко), которая умудрилась завести роман с шиитским террористом. Люсия (Хульета Серрано), та еще штучка — бывшая жена Ивана, представляет собой взрывоопасный коктейль, смешанный из супружеской мести и приправленный старой обидой на бывшего мужа. Мариса (Росси де Пальма), невеста Карлоса, из числа крайне решительных женщин, готовых пойти на любые жертвы, чтобы добиться своей цели. Паулина, та, из-за которой Иван некрасиво распрощался с Пепой, — адвокат и феминистка, однако, ее подлинное амплуа — сварливая стерва, не дающая покоя ни себе, ни окружающим. Картина Альмодовара проста лишь на поверхности. С одной стороны — это трагифарс, типичная комедия положений, с витиеватым детективным сюжетом и абсурдными поступками, характерными для этого жанра. С другой стороны, Альмодовар этим фильмом развеивает множество стереотипов относительно женщин, заложив недвусмысленное феминистское послание зрителям в лице разнохарактерных героинь. За эту вольность режиссера изрядно потрепали критики, которые не усмотрели всей той любви и преданности женщинам, которую он вложил так старательно и трепетно в этот фильм.
