Игорь Честин, Почему арктической нефти стоит подождать?
В кризис все стремятся оптимизировать расходы. Государство сокращает финансирование программ, граждане пытаются найти дешевую замену дорожающим продуктам.
Нефтяные компании тоже ищут возможность сэкономить – в том числе за счет природы нашей страны. Трудно иначе объяснить письмо представителей этих компаний президенту, которое на прошлой неделе попало в прессу (подробный разбор того, какую опасность несут требования нефтяников, см. здесь).
Однако и государство, и нефтяные компании могут значительно сэкономить, не подвергая угрозе экологию. Для этого достаточно заморозить разработку нефтяных месторождений в морских водах российской Арктики. В связи с падением цен на нефть эти проекты стали абсолютно нерентабельны. О нецелесообразности арктических разработок открыто говорят даже традиционно консервативно настроенные эксперты.
Нам кажется, что в текущей экономической ситуации у государства есть задачи важнее, чем прямая и косвенная поддержка заведомо убыточных проектов в Арктике. Объем этой господдержки, по нашим подсчетам, составляет миллиарды долларов (об этом мы подробнее расскажем позже).
С сегодняшнего дня Всемирный фонд дикой природы начал сбор подписей под обращением к президенту России с просьбой ввести 10-летний мораторий на разработку новых нефтяных месторождений на арктическом шельфе. Поддержать предложение можно на сайте акции «Час Земли», к которой приурочена кампания: wwf.ru/60.
Мы готовы к тому, что в определенных кругах к нашей инициативе отнесутся скептически. «Этим экологам лишь бы что-нибудь запретить», - посетуют одни. «Разве не существует технологий, которые смогут сделать добычу в Арктике безопасной?» - с сомнением спросят другие.
Публично нефтяные компании очень любят заявлять, что бурение на арктическом шельфе безопасно. А если авария все-таки произойдет, для ликвидации ее последствий существуют специальные технологии и средства.
В этой связи мне очень хочется обратиться к свежему примеру.
В декабре 2014 г. утечка нефти вблизи города Туапсе привела к загрязнению примерно 15 км побережья Черного моря. На этой фотографии можно увидеть один из этапов борьбы с последствиями разлива: нефть собирают по-настоящему «инновационным» способом - лопатами. И это, заметьте, в условиях субтропиков. А теперь представьте себе, как сложно будет ликвидировать утечку при полярной ночи, в ледовых условиях и вдали от берега.
На профессиональных совещаниях и в неформальных разговорах представители российских нефтяных компаний и надзорных органов признают, что аварийно-спасательные службы не готовы быстро и эффективно реагировать на разливы в Арктике. Это означает, что в случае утечки нефти последствия для природы будут самыми губительными.
Опыт западных стран показывает, что даже при максимальной готовности всех служб и наличии самой современной техники избежать аварий невозможно, а в случае разлива удается собрать лишь часть попавшей в море нефти. Например, в феврале 2011 года у берегов Норвегии и Швеции произошел разлив мазута с контейнеровоза Godafoss. Из 110 кубометров вылившегося нефтепродукта удалось собрать всего 60 кубометров - при том, что были задействованы все суда-нефтесборщики обеих стран. Остальной мазут загрязнил 50 км побережья южной Норвегии.
Другой пример – компания Shell, вложившая около 5 млрд долларов в проект разведочного бурения в Чукотском море. Аварийной ситуации избежать не удалось: осенью 2012 года буровая установка села на мель у берегов Аляски.
«Разве за 10 лет действия моратория что-то изменится?» - спросят нас.
Всемирный фонд дикой природы подготовил ряд предложений. Внедрение этих мер позволит если не предотвратить, то минимизировать ущерб, который может быть причинен российской Арктике в результате нефтеразливов.
За десять лет можно будет сделать качественный прорыв в области разработки и тестирования технологий ликвидации последствий нефтеразливов в ледовых условиях. Для этого российским специалистам нужна, в частности, возможность взаимодействовать с западными коллегами, которая была ограничена из-за санкций.
Перенос сроков даст время на создание компенсационного фонда, из которого аварийно-спасательные службы смогут в экстренном порядке получить средства на устранение последствий нефтеразлива. Этот финансовый институт поможет и в том случае, если у виновника разлива не хватит средств на ликвидацию – именно в таком положении оказалась компания BP после аварии в Мексиканском заливе.
Также в списке наших требований – внедрение морского пространственного планирования, которое позволит сделать так, чтобы нефтедобыча, судоходство и рыболовство в арктическом регионе не мешали друг другу. Сейчас все нередко происходит наоборот.
За десятилетний срок можно будет усовершенствовать законодательство. Все планы и программы добычи полезных ископаемых в Арктике, их возможные последствия для природы нужно тщательно обсуждать на самом раннем этапе. При этом общественность должна быть допущена к участию в обсуждении такого рода проектов. Для того чтобы сделать все это обязательным, нужно, чтобы у нас в стране применялась стратегическая экологическая оценка.
Смещение сроков добычи углеводородов в Арктике – это не очередная запретительная мера. Это возможность взять паузу и хорошо подготовиться к сложному технологически и экологически опасному проекту.