Бандеровский нож в американских ножнах
Появилась новая версия громкого заказного убийства бывшего российского депутата Дениса Вороненкова, выглядящая куда как убедительнее откровенной фальсификации генпрокурора Луценко, стремящегося любой ценой "погасить" резонансное дело.
Маниакальный "бывший гражданский муж" Максаковой, нанимающий боевиков из числа украинских националистов, - в такую кроваво-сентиментальную балладу а ля мусью Бендер ("Там, где любовь, - там всегда проливается кровь") могут поверить разве что самые стойкие ветераны "Санта-Барбары". А вот приводимая по ссылке версия с участием СБУ под патронатом ЦРУ вполне реальна.
Во-первых, в телефоне Вороненкова был найден интересный контакт "Джейсон", который оказался резидентом ЦРУ в Киеве Джейсоном Стоком. Действительно, странно было бы ожидать, что птицу такого полета, как Вороненков, не возьмут в разработку американские спецслужбы, чувствующие себя в современной Украине, как дома, в пятьдесят втором штате. Социальный и имущественный статус беглеца, его допуск к государственным и служебным тайнам, богатые связи в российском истеблишменте и бизнесе, наконец, супруга, представляющая собой не последнюю фигуру в медийном пространстве, и ее контакты с российской творческой интеллигенцией, - все это делало Вороненкова идеальным объектом для разработки.
Во-вторых, никакие "отмороженные" националисты, даже прошедшие горнило АТО, не в состоянии спланировать и осуществить акцию устранения при активном противодействии профи из спецслужб. А ведь Вороненкова "пасли" не только суровые ребята из ГУР Минобороны Украины, но и Департамент контрразведки СБУ. Если бы Вороненков был нужнее живым для СБУ и их американских патронов, никаких боевиков к нему и на снайперский выстрел бы не подпустили, остановив еще на стадии первых агентурных донесений. Значит, Вороненков "был взвешен и найден легким", а точнее, просто использован, и принесен в "сакральную" жертву. Точно так же, как Борис Немцов, которого украинская жрица Анна Дурицкая привела прямо на место заклания у кремлевских стен... Узнаваемый, характерный почерк, не так ли?