Восточный вектор для Анкары сейчас куда важнее, чем северный фронт — эксперт
Знатоки турецкого языка уже спорят об оттенках заявления президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана, но, в любом случае, попытки Турции наладить отношения с Россией начались не сегодня. Об этом EADaily заявил руководитель Центра политических исследований Института глобализации и социальных движений Михаил Нейжмаков, комментируя послание Эрдогана президенту России Владимиру Путину, в котором выражается заинтересованность в урегулировании ситуации, связанной с гибелью российского летчика.
Недаром, отмечает Нейжмаков, все прогнозы о масштабном противостоянии между Москвой и Анкарой в Черноморском регионе и на Кавказе после обострения отношений осенью 2015 года, в целом, не оправдались.
«Мне уже приходилось говорить, что для Анкары сейчас куда важнее „восточный вектор“, чем „северный фронт“. Ее куда больше волнует ситуация в собственных курдских районах, а также в Ираке, Сирии и в целом на Ближнем и Среднем Востоке, чем масштабное противостояние с Москвой. Поэтому, например, слухи о создании турецкой военной базы в Грузии („с целью насолить России“), появившиеся в январе 2016 года, так и остались слухами. А вот открытие аналогичной базы в Катаре, в целом интересы Москвы не затрагивающей — свершившийся факт», — сказал эксперт.
По той же причине, по мнению Нейжмакова, сложности, которые Анкара могла бы создать в Москве из-за Крыма, свелись, в основном, к заявлениям турецких официальных лиц о его «оккупации». «Причем, эти заявления, по сути, мало отличаются от тех, что турецкие лидеры делали и до „холодной осени“ российско-турецких отношений. Например, в августе 2015 года Реджеп Эрдоган, обращаясь к Всемирного конгрессу крымских татар, также говорил о „незаконной аннексии“ полуострова. Что не помешало тогда прямым поставкам турецких продуктов в тот же Крым, не говоря уже о сотрудничестве между Россией и Турцией в других вопросах», — отметил он.
Москва тоже не сжигала мосты, сказал Нейжмаков. Еще в конце мая 2016 года министр энергетики РФ Александр Новак не исключал, что российский газопровод в Грецию может пройти через Турцию. Владимир Путин позже прямо говорил об отношениях с Анкарой: «Мы тоже хотим восстановить отношения».
«Другое дело, что, кроме трагедии сбитого Су-24, между Россией и Турцией стояли, как минимум, еще и противоречия по Сирии. Но, в конце концов, Иран тоже вовлечен в сирийский конфликт и находится там по другую сторону баррикад от Анкары. Однако вполне нормальному сотрудничеству двух стран по другим вопросам это не мешает», — заключил эксперт.