Петербургский инновационный кластер: счастливый брак ужа с ежом

Объединенный инновационный кластер Санкт-Петербурга и Ленобласти – искусственное образование с неплохими перспективами.

В перечне территориальных инновационных кластеров, утвержденном Министерством экономического развития (МЭРТ) России 28 августа 2012 года, фигурирует необычная строчка: Кластер медицинской, фармацевтической промышленности и радиационных технологий. Его местом прописки обозначены Санкт-Петербург и Ленинградская область. Мало того, что соединились три большие отрасли исследований и производства, так еще и два субъекта  Российской Федерации, – просто чудо интеграции. Пессимисты не верят в чудеса и называют новый кластер искусственным образованием. Оно искусственное, но полезное, – возражают оптимисты.

Ничего кластерного

Инновационный союз индустрий появился в списке МЭРТ благодаря сложению трех ранее независимых кластеров: фармацевтического, медицинского приборостроения и радиационных технологий. «Фуфло это, а не кластер, – прокомментировал факт слияния один из наблюдателей в беседе с корреспондентом РБК Daily. – Никаких объективных стимулов к интеграции у его участников нет». Некоторые участники считают так же. «Слить радиационные технологии с фармой – все равно, что ужа с ежом поженить, – говорит активный представитель радиологического кластера,  заместитель директора ФГУП «НИИЭФА им. Д.В. Ефремова» по науке Юрий Гавриш. – Что у нас может быть общего – производство радиофармпрепаратов? Так это радиологическая технология, с сегодняшней деятельностью фармкластера она никак не связана».  «Объединение  – искусственное, созданное административным путем, – заключает он. – Выигрышей от него я не вижу».

Безусловно, объединенный кластер возник по административным причинам, и в значительной мере случайно. Случайна и его двойная прописка – часть резидентов кластера радиационных технологий располагается на территории Ленинградской области.  Но административная логика, по мнению ряда экспертов,  не исключает наличия логики рыночной и технологической. Такую точку зрения высказывает, например, вице-президент Союза промышленников и предпринимателей  Санкт-Петербурга Николай Ковалев: «Даже если кластер создан искусственно, его появление может принести большую пользу бизнесу участников и экономике региона».

Лакомое место на стыке 

Объединенный кластер носит неофициальное название кластера life science. Это обширная область исследований и основанного на них производства технологий, услуг, продуктов, позволяющих изучать человеческий организм, повышать продолжительность и качество жизни. Это  обеспечивает мощный финансовый фундамент для развития life science. Данная группа отраслей относится к мировым лидерам по темпу роста, в том числе, инвестиционного.

Радиологические технологии играют, пользуясь умным выражением, революционизирующую роль в индустрии life science. Они способны – и периодически это делают – создавать прорывы как в научных исследованиях, так и в диагностике, и в лечении тяжелых болезней (в том числе, онкологических). Например, радиофармпрепараты обеспечили невиданную ранее точность диагностики болезней, и дали надежду на создание лучевой терапии нового типа, более эффективной. Кстати, эти препараты в небольшом объеме уже выпускаются в Петербурге.   

Безусловно, объединенный кластер возник по административным причинам, и в значительной мере случайно. Но административная логика, по мнению ряда экспертов,  не исключает наличия логики рыночной и технологической.

Создавая кластер на стыке самых передовых отраслей, Петербург поступил созвучно всему миру – наконец-то. Пока это скорее декларация, ведь мощная индустрия life science создана только на уровне замысла, но грамотные заявления имеют значение. «В борьбе за инвестиции и проекты Петербургу важно застолбить за собой перспективную нишу, – считает Николай Ковалев. – Важно заявить, что самый сильный в России технологический центр медицинской промышленности, включая ее радиологическое направление, находится здесь».

Сварка с препятствиями

Как говорят в Центре стратегических разработок «Северо-Запад», неформально занимающем в инновационном кластере позицию координатора, сейчас участники обсуждают состав объединенного совета и программу совместных действий. Предстоит выбрать флагманские проекты кластера и проекты, претендующие на государственное финансирование. Отчасти эти два списка совпадут, отчасти нет.

«Под флагманскими мы понимаем крупные проекты, которые, во-первых, станут визитными карточками кластера,  а во-вторых, будут реализованы в общих интересах», – поясняет руководитель проектного направления ЦСР «Северо-Запад» Наталья Андреева. По ее словам, среди флагманских проектов есть те, которые полностью обеспечены частными инвестициями и не претендуют на государственные деньги; те, которым нужна небольшая «добавка» со стороны государства, и, наконец, проекты, серьезно зависящие от государственной  помощи.   

Представители разных секторов пока воспринимают друг друга в качестве конкурентов, потому что одновременно претендуют на ограниченный объем государственных субсидий.

Флагманских проектов в объединенном кластере – порядка десяти. В их числе, например, производство синхротрона четвертого поколения, не имеющего аналогов в мире. «Такой синхротрон обеспечивает очень широкий спектр излучения и, соответственно, широкий спектр исследований, которые можно на нем проводить. Это оборудование востребовано всеми, от астрофизиков до микробиологов. Загрузка синхротронов в Европе расписана на три-пять лет вперед, то есть исследователи стоят в очередях», - комментирует Наталья Андреева. По ее словам, этот знаковый проект не зависит от государственных субсидий в рамках конкурса МЭРТ. «А вот проекту нового производства радиофармпрепаратов государственные вложения совсем не помешают», – добавляет она.

Первые встречи представителей объединенного кластера прошли с неоднозначным результатом. С одной стороны, коллеги уже обсуждают совместные инициативы. Например, сектор медицинского приборостроения и сектор радиационных технологий заинтересованы в создании общего центра новых материалов.  С другой стороны, представители разных секторов пока воспринимают друг друга в качестве конкурентов, потому что одновременно претендуют на ограниченный объем государственных субсидий.

Проекты объединенного кластера могут получить «на круг» порядка 350 миллионов рублей в год федеральных субсидий по линии МЭРТ и софинансирование со стороны Петербурга или Ленинградской области. Это значительные суммы, которые могут создать почву для разногласий. От лица объединенного кластера не могут быть поданы заявки на реализацию однотипных проектов – соответственно, придется выбирать, от чего отказываться. «В некотором смысле участникам объединенного кластера нужно остерегаться чрезмерного увлечения конкуренцией, – предупреждает Наталья Андреева. – Им еще предстоит убеждать в целесообразности того или иного проекта региональную администрацию, а затем конкурсную комиссию МЭРТ». Таким образом, «сварка» интересов ранее независимых кластеров проходит в сложных погодных условиях.

Вместе с тем, специалисты уверены, что именно благодаря взаимной критике  есть возможность отобрать действительно важные для всех участников проекты и подготовить их к предстоящему отбору.  Есть надежда,  что критическое восприятие друг друга сменится партнерскими взаимоотношениями.  Выгод от этого – немало, в их реализации и заключается одна из главных целей вступления в кластер.

Недостающее звено

«Смысл любого объединения – это созидание. Совместными усилиями мы сможем решать серьезные задачи – повышать доступность медицинских услуг и препаратов, осуществлять модернизацию российской медицины, ее переход на новые стандарты и технологии, – оптимистично рассуждает Дмитрий Чагин, директор НП «Медико-фармацевтические проекты. XXI век». – Эти цели обозначены в программах, утвержденных российским правительством, а наш кластер является конкретным механизмом их достижения».   

Проекты объединенного кластера могут получить «на круг» порядка 350 миллионов рублей в год федеральных субсидий по линии МЭРТ и софинансирование со стороны Петербурга или Ленинградской области

Справедливая логика: федеральные программы развития фармации и медицинских технологий действительно существуют, и они весьма внушительны по объему предусмотренной государственной поддержки. Чтобы на нее претендовать, выгодно объединяться: чем крупнее структура, тем большее ее вес и статус. Если три независимых кластера по отдельности были относительно невелики, то объединенный – вполне себе мощен. По данным ЦСР «Северо-Запад», общий оборот компаний, входящих в этот кластер, – около 20 млрд. рублей (по состоянию на 2011 год), численность занятых в исследованиях и разработках  – 6935 человек; ориентировочное число новых рабочих мест к 2020 году – не менее 3000. Как видно из приведенных цифр, мощь в данном случае – плюс  не только административный, но и рыночный: можно освоить больше инвестиций, реализовать больше проектов.

Но чтобы сделать искусственный союз гармоничным, надо добавить общих звеньев. По мнению Виктории Желтовой – бывшего руководителя проектного направления ЦСР «Северо-Запад», одного из соавторов радиологического кластера, главным таким звеном должна стать собственно медицина – медицинские лечебные и исследовательские центры. Как она подчеркивает, сильные медицинские центры – одно из редких неоспоримых технологических преимуществ Петербурга. Грешно не сделать на него ставку. Интеграция с ведущими медицинскими центрами позволит кластеру не только выжить самому, но и очень ощутимо подтолкнуть технологический рост региона.    

Елена Кром   

Материал от 12.09.2012